История нового имени

Когда Нелла открыла дверь и я предстала перед ней точно призрак, она на миг замерла ошеломленная, и на глаза у нее набежали слезы.

– Вот ведь радость-то! – воскликнула она.

Но дело было не только во мне. Я напомнила ей о сестре, которой, как она рассказала, совсем не нравилось в Потенце; здоровье ее так и не поправилось, и надежд на улучшение почти не осталось. Нелла пригласила нас на террасу и предложила перекусить. К Пинучче она отнеслась с трогательной заботой, усадила в кресло и погладила ее немного выпирающий живот. Я в это время устроила для Лилы своего рода экскурсию: показала угол террасы, где я загорала, стол, за которым мы ели, место, где была устроена моя постель.

На краткий миг мне вспомнилось, как надо мной склонился Донато Сарраторе, как он запустил руку под мою простыню и начал меня щупать. Меня передернуло от отвращения, но это не помешало мне спросить у Неллы:

– А где семья Сарраторе?

– На пляже.

– Как вы с ними, ладите?

– Да по-разному…

– Что, слишком многого хотят?

– Ну так он теперь не какой-нибудь кондуктор, а журналист! Во всяком случае, так он сам думает.

– Так он тоже здесь?

– У него отпуск по болезни.

– А Мариза?

– Маризы как раз и нет, зато все остальные в сборе.

– Кто все?

– Ты и так поняла.

– Да ничего я не поняла.

Нелла рассмеялась:

– Сегодня и Нино здесь, Лену. Когда ему нужны деньги, он приезжает на полдня, а потом возвращается к другу на Форио.

43

Мы простились с Неллой и направились в сторону пляжа. Лила всю дорогу надо мной издевалась.

– Ну хитрюга! – твердила она. – Признайся, что заманила нас на Искью только ради этого Нино!

Я не хотела признаваться и вяло оправдывалась.

Тут к Лиле присоединилась Пинучча, которая принялась выговаривать мне за то, что я потащила их в такую даль, не считаясь с ее беременностью. Я яростно отрицала их обвинения, а под конец пригрозила, что, если они хотя бы обмолвятся об этом при Сарраторе, я немедленно отправлюсь в порт и уеду в Неаполь.

Семью Сарраторе я увидела сразу. Они устроились на том же месте, где сидели несколько лет назад, под тем же самым зонтом, в тех же самых купальниках, с теми же сумками, чуть ли не в тех же позах. Донато лежал на темном песке пузом кверху, опираясь на локти, его жена, Лидия, сидела на полотенце и листала журнал.

К моему великому разочарованию, Нино под зонтом не было. Я окинула взглядом морскую гладь – вдали то появлялась, то пропадала черная точка; я с надеждой подумала, что это он. Я окликнула Пино, Клелию и Чиро, которые играли на берегу."

"Чиро заметно подрос. Меня он не узнал и улыбнулся растерянной улыбкой. Пино и Клелия радостно кинулись мне навстречу; их родители с любопытством обернулись.