Юный самурай : Путь воина. Путь меча. Путь дракона

— В наказание за твою несдержанность, — во всеуслышание объявил сэнсэй Кюдзо, — ты вернешься сюда после ужина и начистишь каждую дощечку в додзё. Не ляжешь спать, пока не закончишь. Ясно?

— Но, сэнсэй, вечером я иду на церемонию тя-но-ю к даймё Такатоми.

Сэнсэй в бессильной злобе поглядел на Джека, зная, что не может заставить его пропустить такую важную встречу.

— Значит, завтра!

— Хай, сэнсэй, — угрюмо ответил Джек.

Кюдзо подался вперед, еще сильнее впиваясь пальцем в точку на шее Джека. По телу мальчика прокатилась новая волна мучительной боли. Наставник зашипел ему на ухо:

— Не знаю, как тебе удалось внести имя в списки, но попомни мое слово, я сделаю все, чтобы ты не попал в Круг трех.

9. Фудосин— А что такое фудосин? — простонал Джек, потирая больную шею.

После завтрака они с друзьями отправились погулять по улочкам Киото.

— Точно не знаю, — сказал Ямато.

Джек оглядел остальных, но Акико лишь растерянно покачала головой, а Сабуро задумчиво поскреб подбородок. Он явно не знал ответа, потому что сразу продолжил уплетать только что купленное якатори.

— Это значит «невозмутимый дух», — сказала Кику.

Ёри, который плелся рядом, кивнул, словно это все объясняло.

— А что такое «невозмутимый дух»? — продолжал Джек.

— Мой отец говорит, фудосин — это умение управлять своими чувствами, — ответила Кику. — Самурай должен всегда сохранять спокойствие — даже перед лицом опасности.

— А как же приобрести этот фудосин?

— Не знаю… Отец объясняет хорошо, а вот учит — не очень.

Кику виновато улыбнулась, и тут заговорил Ёри:

— Я думаю, обладать фудосин — значит уподобиться иве.

— Иве? — задумчиво нахмурился Джек.

— Да. Ты, как ива, должен отрастить длинные корни, чтобы пережить бурю, но в то же время быть мягким и податливым, чтобы ветер не обломал тебе ветки.

— Легко сказать! — рассмеялся Джек. — Попробуй сохранять спокойствие, когда тебя душат и говорят, что чужестранцев жгут живьем, а ты будешь следующим!

— Не слушай Кадзуки. — Акико огорченно вздохнула. — Он просто выдумывает, чтобы тебя напугать.

— Вообще-то нет, — смущенно вставил Сабуро, доедая курицу. — Кадзуки правду сказал.

Все повернулись к нему.

— Не хочу тебя огорчать, Джек, но даймё Камакура, похоже, и правда казнил христианского священника.

Сабуро попятился, увидев, как побледнел Джек.

Тепло полуденного солнца куда-то ушло, по спине пробежал холодок, словно под рубаху кусочек льда бросили. Выходит, Кадзуки не врал? Нужно расспросить Сабуро получше. Джек как раз собирался начать, как вдруг, вывернув из-за угла на большую площадь, едва не наскочил на сверкающий самурайский меч.

Его держал воин в синем кимоно с камоном бамбукового побега. Дуга смертоносного клинка поднялась высоко.