Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

Но документы-то были на деда, на Петра.

Полежали, отдышались. Теперь тащить раненого наступила очередь бойца. Он подошел к волокуше и всмотрелся в лицо полковника.

– Слышь, Петр, по-моему, он не дышит.

Я подошел к раненому. Глаза его были закрыты, грудь не вздымалась.

– Зеркальце есть?

Санька покачал головой:

– Откуда? Что я – баба, что ли?

Я расстегнул гимнастерку полковника – хотел послушать сердце. В глаза полыхнуло ярким кумачом.

– У него что, знамя, что ли?

– Оно! Знамя полка. Из окружения выходили, он вокруг себя его и обмотал. Он что, вправду умер?

– Да погоди ты!

Я завернул на полковнике гимнастерку, приподнял тело и размотал знамя.

– Держи.

Санька принял бесценный груз.

Я приник к груди раненого, вслушался. Нет, не бьется сердце – тишина.

– Сань, похоже, умер твой полковник.

– Не может быть! – вскрикнул боец.

– Сам посмотри.

– Я мертвых боюсь.

Я полез в нагрудные карманы гимнастерки полковника, достал документы и положил себе в карман.

– Ты чего? – опешил боец.

– Дурак, знамя и документы погибшего своим передать надо. А полковника схоронить.

– Так бы и сказал, а дураком чего обзываешь?

По очереди, финкой, мы вырыли в мягкой земле неглубокую яму.

Завернули тело полковника в Санькину шинель и опустили в могилу. В ногах я установил крест из жердей волокуши.

Протянул Саньке свернутое знамя:"

"– Возьми, на себя намотай.

– Почему я?

– У тебя гимнастерка, у меня – комбинезон, тесно мне будет. К тому же я сержант, а ты рядовой, значит, слушаться должен.

– Ты мне не командир. Мой командир полка – вон он. – Санька мотнул головой в сторону могилы.

– Ну и хрен с тобой, тогда сам и выбирайся.

Боец нахмурился, затем скинул гимнастерку, обнажив тощеватое тело, и, обмотавшись сложенным вчетверо полотнищем, натянул гимнастерку снова. На мой взгляд, заметно толще он не стал.

– Сам, в одиночку, идти не хочу. Ты теперь меня охранять должен, – заявил он.

Я фыркнул:

– Скажите пожалуйста, какая персона важная!

– Знамя у меня, – твердо сказал боец, – и теперь я вроде как на посту номер один.

Да, знамя части – святыня. Пока цело знамя – цел полк. Наберут новых командиров и солдат, и будет полк продолжать жить.

Погибнет знамя – сгорит, скажем, или немцы захватят – все, конец полку. Расформируют бесславно, а имя полка покроется позором. Тут я Саньку понимал.

Мы встали, оглянулись на малозаметный могильный холмик у сосенки и пошли дальше.

Санька на ходу рассуждал:

– Что-то не пойму я тебя, Петр. По комбинезону ты вроде как танкист, автомат – немецкий, винтовка вон – с оптикой. Ты кто есть?

– Танкист, Саня. Танк сгорел с экипажем, один я только и успел выбраться. Автомат с убитого немца снял.