Изгнание беса (сборник)

Здесь было что-то от жестоких законов Спарты. Странно звучали ее рассказы в обыкновенной петербургской квартире, среди кирпича и железных коммуникаций, стиснувших нас со всех сторон, среди обоев, громоздких шкафов, книжных полок. Это была сказка, которая никогда не проникает в реальность, забывается вместе с детством и возникает заново – в каждом подрастающем поколении. Сны, которые ни при каких обстоятельствах не превращаются в явь. Сны потому и снятся, что они – только сны. И все же сердце у меня слегка замирало при этих рассказах, а потом начинало биться часто и звонко.

Я готов был слушать Алису целыми сутками. Сны иногда сбываются, – холмистые травяные равнины завораживали меня. Я буквально чувствовал ветер, несущийся над дубравами, слышал звон лазоревых колокольчиков, поющих каждое утро, видел вздымающееся над горизонтом зеленовато-светящееся громадное солнце. Алиса же говорила, что наш мир для них слишком грязен: слишком много каменных зданий, которые иссушают душу своей безжизненностью, слишком много асфальта, булыжника, кирпичей, гранита, даже вода у вас заключена в камень, слишком много металла, набитого в почву, слишком много всего такого, без чего человек мог бы вполне обойтись.

– Ну, например? – спрашивал я.

– Ну, например, этот ваш ужасающий транспорт. Эти железные фуры с резиновыми колесами. Какой смрад они испускают на улицах, фу-у-у… Дикое, совершенно варварское средство передвижения. Как вы можете ездить среди неживого железа? Нет, фу-у-у!.. Отвратительно!..

Что тут можно было ей возразить?

Кстати, некоторые моменты она не могла объяснить при всем желании.

Например, из каких звездных далей они с Герриком попали сюда, на Землю? Наша система координат представлялась Алисе совершенной загадкой. Она искренне не могла втолковать мне, где находится ее холмисто-равнинный мир. Законы физики или астрономии не имели для нее конкретного содержания. По-моему, она их просто не знала и никогда ни о чем подобном не слышала. В ответ на мое искреннее недоумение она только пожимала плечами:"

"– А зачем мне их знать? Ты же не вычисляешь, точных координат того места, где находится каждая твоя вещь.

Ты просто знаешь, где она сейчас пребывает. Вот и я знаю, где сейчас находится Алломар.

– Алломар?

– Мир, где я родилась… Я могу шагнуть туда прямо отсюда.

– Прямо из этой квартиры?

– Не совсем так, но – примерно…

Я в таких случаях умолкал. Недоступное раздражало меня и подчеркивало разницу между нами. Шагнет в Алломар из Санкт-Петербурга! Все, однако, было не так просто, как Алиса рассказывала.