Изгнание беса (сборник)

По характеру он чем-то напоминает товарища Троцкого, тоже читавшего по-французски на заседаниях Политбюро и презрительно называвшего своих соратников по революции недоучками. Темпераментами они, во всяком случае, очень схожи. Но в отличие от товарища Троцкого, Кармазанов не обладает и качествами подлинно харизматического вождя. Толпу он не то чтобы презирает, как вождю и положено, но – боится и не вычерпывает бешеную энергию из поклонения. Он напротив теряется и надевает на себя маску интеллектуала. Путь политического лидера для него тоже закрыт.

Он – всегда на обочине, на периферии незримого круга власти. А для человека с его амбициями и умом ничего нет хуже такого полупризнания. Точно сок белены, распространяется оно по всему телу, проникает в горячий мозг и одурманивает его ненавистью. Ненависть Кармазанова к людям отмечают, кажется, все. Никогда ни о ком не отзывается он хотя бы с симпатией; все у него – неучи, серость, сборище дураков и мошенников. Министры нынешнего правительства – некомпетентны, чиновники в администрации президента – взяточники и хапуги. Этим он вызывает даже некоторое сочувствие. Будто хромой кузнечик, передвигается он по коридорам правительственных учреждений, сверлит встречных глазами, в которых пылает огонь, еле заметным кивком отвечает на вежливые приветствия. Он хорошо знает, что именно в эти дни возникают буквально из воздуха многомиллионные состояния, что идет великий грабеж, который будет назван в учебниках «периодом демократических преобразований», что практически каждый, кто сейчас скромно шествует мимо него, либо уже обладатель большого куска, либо к такому куску как раз примеривается. Это – элита, будущие, пока безвестные, хозяева Государства Российского. Он – чужой на этом пиру, где все взвешено, сочтено и отмеряно. Ему, Кармазанову, не достанется почти ничего. Золотой дождь богатства льется мимо. Не ему открывают счета в зарубежных банках, не к нему притекают кредиты, которые назад никто не потребует, и не он участвует в аукционах по самым крупным государственным предприятиям. Другие взойдут на жирном черноземе приватизации. Он же вынужден будет довольствоваться лишь крохами, оставшимися от новых хозяев. Ничего удивительного, что пелена ненависти застилает ему глаза."

"К тому же, как человек умный, он не может не понимать, всей опасности и даже трагичности нынешней ситуации. Слишком душна политическая атмосфера последних лет и слишком сильны грозовые разряды, вспыхивающие над Россией. Неблагополучие государства вполне очевидно.