Изгнание беса (сборник)

Против всех правил, Геррик к нашему возвращению уже был дома – сидел в моем кресле, у окна, ближе к свету, и, немного морщась, отрезал ножницами рукав у рубашки. По всему плечу у него расплывалось темное пятно продолговатой формы, и когда, наконец, он осторожно отвернул липнущую материю, открылась рваная рана от плеча до локтевого сустава, откуда сочилась похожая на сироп, густая, алая кровь.

Он поднял на нас глаза и виновато, точно оправдываясь, улыбнулся.

– Сколько их было? – будничным, поразившим меня тоном спросила Алиса.

– Трое… И, кажется, четвертый – наблюдал издали…

– Только наблюдал?

– Да, не вмешивался, если он вообще присутствовал.

Мне, знаешь, было не до того… Ты не беспокойся, я все сделаю сам…

– Ладно уж, молчи…

Алиса сдернула свитер, присела на корточки и внимательно осмотрела рану.

Приказала мне:

– Что стоишь? Принеси бинт или чистую тряпку! Пластырь у тебя в доме найдется?

Несмотря на возражения Геррика, впрочем, не слишком уверенные, она быстрыми опытными движениями, как медсестра, сняла лишнюю кровь и, не оборачиваясь, протянула испачканный бинт назад:

– На, держи…"

"Затем она положила пальцы на рану, прикрыла глаза и замерла.

Геррик тоже немного опустил веки.

От меня в этот раз ничего не скрывали, и я, подавшись вперед, в некотором ошеломлении наблюдал, как кровь между пальцами Алисы сразу же остановилась, как густая ее поверхность сморщилась, стремительно подсыхая, превратилась в коросточки, которые тут же потрескались, и Алиса легко их отшелушила, проведя ладонью вдоль раны. Показалась мягкая розовая нежная кожица.

Тогда Алиса выпрямилась и несколько раз медленно и глубоко вздохнула.

– Все. Остальное – сам…

– Конечно, конечно, – поспешно сказал Геррик. – Это была засада, я не представляю, откуда они могли знать… Всего трое бойцов…

– Ладно уж, молчи…

Лицо у нее заострилось, глаза стали большими, облепленные морщинами, как от бессонницы. Она опустилась на поспешно подсунутую мною подушку и, передернув плечами, точно в ознобе, сообщила нейтрально:

– У нас тоже – новости…

О басохе она рассказала сухо и сжато, без лишних подробностей, но одновременно так, что я будто заново обозрел всю картину: плывущее по воздуху лохматое черное тело, гибкую фигурку Алисы, расставившую кинжалы… Желтая от листьев земля… Дымящаяся поверх них мазутная лужа… Мне стало зябко.

А Геррик, выслушав рассказ Алисы без единого замечания, приоткрыл веки и спросил удивленно:

– Что, так и бросился на него – с голыми руками?..

– Представь себе…

Я был готов сгореть со стыда.

– Ну-ну, – непонятно сказал Геррик. Откинулся в кресле и снова прикрыл веки. Изможденный, с провалившимися, как у Алисы щеками.