Изгнанник Ардена

Изекиль недовольно нахмурился и еще сильнее ссутулил плечи, когда они завернули за угол, где потолок стал еще ниже. Ему приходилось постоянно наклоняться, иначе он грозил набить себе шишку.

– Два года назад мы провели несколько дней в штабе Фолка. Там я узнал, что, как и меня, Кристин порой одолевают кошмары из прошлого. Она видела во сне, как ее… – Он поморщился и скрежетнул зубами. – Ну вы понимаете.

Тристан почувствовал неприятный укол в сердце. То, что Кристин пережила в детстве, не могло пройти бесследно, но он даже не знал, что его кузину преследовали ужасы прошлого в ночных кошмарах."

"– Мы всю ночь пили вино, и она открылась мне, рассказала, как именно отец расплачивался с карточными долгами… – На последнем слове голос Изекиля дрогнул, и он зажмурился, пытаясь справиться с эмоциями. – В ту ночь я уснул, сидя на полу возле ее кровати. Она не выпускала мою руку, боялась, что я уйду. Хотя я не ушел бы даже под страхом смерти. На следующий день она обзывала меня, хамила, в общем, вела себя как обычно, а ночью пришла в мою спальню. Между нами закрутился роман, но через какое-то время я все испортил.

– Ты обидел ее? – встрепенулся Тристан, и Изекиль горько усмехнулся.

– Я признался, что уже давно влюблен в нее, и Кристин пригрозила, что перегрызет мне глотку, если я приближусь к ней. С тех пор мы и общались днем как враги, а по ночам… Не буду вдаваться в подробности, вы как-никак ее брат. – Он покосился на Тристана. – При этом Кристин не скрывала, что у нее были любовники. Чтобы доказать мне, что не любит меня. Я тоже пытался забыть ее. Но даже после месяцев расставания мы вновь и вновь оказывались вместе. Теперь сошлись окончательно. Больше я ее не отпущу.

Тристан потер переносицу, переваривая услышанное.

– Я знаю характер Кристин и знаю тебя. Ты сумасшедший, потому что человек в здравом уме не смог бы так долго находиться подле моей сестры, и мне бы впору беспокоиться. Но на правах старшего брата я обязан предупредить. Обидишь мою сестру, и я не посмотрю, что ты мой друг и третий человек в гильдии, – придушу собственными руками.

Изекиль тихо рассмеялся, но, заметив пристальный взгляд Тристана, в котором не было ни тени веселья, быстро стер улыбку с лица.

– Обещаю, мой господин, я ее не обижу.

Тристан закатил глаза и мысленно выругался, а потом сказал:

– Раз уж вы теперь вроде как вместе, готов оказать тебе милость и позволить называть меня по имени. – Лицо Изекиля вытянулось в изумлении, но Тристан не дал ему вставить слово: – Только наедине.

– Хорошо… – промямлил Изи с непривычной для него неуверенностью. – Трис.

– Не наглей.

– Тристан.

– Так-то лучше.

Какое-то время они шли в тишине. Изекиль первым нарушил молчание:

– Ты уверен, что тебе стоит идти на встречу с Роем одному?

– Абсолютно.