Изгнанник Ардена

 – Пришел с того света рассказать, какие муки ада ждут тебя за все твои злодеяния.

Стефан дернулся в сторону, словно хотел сбежать, но увидел у двери Закарию. И явно узнал в нем лидера королевского отряда Рэндалла.

Осознав, что его застали врасплох, Стефан демонстративно расслабил плечи, подошел к столику, на котором стоял недопитый бокал вина, и сделал несколько глотков.

– Так значит, все это время ты был жив? – Стефан взял бокал и опустился в ближайшее кресло. – Признаюсь, я удивлен.

– Ты удивишься еще больше, когда узнаешь, что все это время я делал.

Тристан прислонился плечом к столбику кровати и сложил руки на груди, чтобы сдержать гнев, нарастающий от одного лишь вида противной рожи Стефана, и не броситься на него с кулаками.

– Просвети меня, мне и правда любопытно. – Стефан приподнял уголки губ в светской улыбке, как будто сегодня не сорвалась его коронация, а в его покои не ворвались без дозволения.

– Как-нибудь в следующий раз. – Тристан снова улыбнулся, но это не предвещало ничего хорошего. – Закария.

Стоило ему произнести имя адепта, как Закария в мгновение ока пересек комнату и встал позади Стефана. Он успел только повернуть голову, а из его горла уже торчала длинная, но очень тонкая игла. Стефан раскрыл рот, но не смог вымолвить и слова – с его губ сорвался лишь тихий хрип.

– Надеюсь, ты хотя бы примерно почувствовал, каково все это время приходилось Адалине, – мрачно сказал Тристан.

Закария вонзил следующую иглу в позвоночник Стефана, и тот, дергавшийся в попытках высвободиться, резко обмяк. Он по-прежнему находился в сознании, смотрел на Тристана затравленным взглядом и шевелил ртом, пытаясь что-то сказать или прокричать, но не мог. Закария пронзил иглами особые точки у него на теле, тем самым временно лишив голоса и обездвижив.

Тристан оттолкнулся от столбика кровати и медленно подошел к сидящему в кресле Стефану. Тот не свалился с него только потому, что Закария держал его одной рукой за плечо, а другой – за волосы на макушке."

"– Я бы сейчас с радостью забил тебя до смерти, – звенящим от напряжения голосом произнес Тристан. – Хотя нет. Сначала я бы заставил тебя вылизать до блеска мои сапоги, потом душил бы тебя до черных отметин на шее, избивал ногами до тех пор, пока в теле не осталось бы ни единой целой кости. Я бы проделывал это сотни раз, не давая тебе умереть, чтобы ты, мерзкий ублюдок, пожалел, что родился на свет.

Глаза Стефана испуганно метались по сторонам, но он не мог ничего сделать. Как беспомощный, загнанный зверек. Прекрасно.

– Но вот незадача. – Тристан в притворной грусти поджал губы. – Из-за предстоящего суда я не могу этого сделать, иначе на твоем теле останутся следы, а это может сыграть не в нашу пользу.