Изгнанник Ардена

– До Аталаса доходили слухи, что твое якобы усопшее тело опознали как раз по длинным волосам и серьге.

Тристан кивнул и привычным жестом потер мочку уха, в которой теперь красовалось обычное серебряное колечко.

– Да, только та серьга была подделкой. Подлинную я сохранил.

– Надо же, – удивилась Адалина. – Она тебе дорога, как память?

– Не совсем. Вернее, не мне. – Он поморщился. – Это долгая история.

Адалина устроилась поудобнее и подложила ладонь под щеку, приготовившись слушать занимательную историю об очередном приключении Порочного принца.

– Мы никуда не торопимся, сам сетовал, что тебе нечем заняться в этой глуши.

Тристан обреченно покачал головой, понимая, что она не оставит его в покое. Он скинул обувь и лег к ней лицом, копируя позу.

Адалина не сдержала улыбки, и у нее в груди затеплилось давно забытое чувство, какое она испытывала в детстве, когда по ночам сбегала в комнату Эмильена и они болтали до самого рассвета, спрятавшись под одеялом.

– Свою шпионскую деятельность я начал еще в шестнадцать. В этом мне помогал мой близкий на тот момент друг – Рой Аккерли, сын королевского советника.

При дворе Голдкасла нас обоих считали своего рода изгоями. Меня, потому что из шестерых сыновей отца я был самым нелюбимым ребенком, и это чувствовали все. А Роя потому, что его мать – чужеземка из-за моря, которая плохо знала культуру и традиции южан. И вот мы, два недолюбленных подростка, уже в юном возрасте пресытившиеся роскошью придворной жизни, заскучали. Тогда-то мы и поняли, что самое интересное – это не танцы, вино и девушки, а сплетни. Грязные, мерзкие подробности о высокопоставленных лордах и их женах – вот что любила поглощать, как самый вкусный десерт, знать Фортиса. Еще мы поняли, с какой охотой с нами делятся этими неприглядными секретами зрелые дамы, истосковавшиеся по вниманию и ласке…

– Ты спал со взрослыми женщинами, чтобы выведать их тайны?

– Я был очень испорченным юношей. Ты же не думала, маленькая Адалина, что свое прозвище «Порочный принц» я получил за просто так? – спросил Тристан с непроницаемым выражением лица.

– Я ничего такого не думала и не собираюсь тебя осуждать.

Тристан если и удивился ее спокойной реакции, то виду не подал.

– На самом деле чаще всего хватало пары комплиментов и восторженного взгляда, чтобы бедные леди, чьи мужья изменяли им с молодыми красавицами, таяли и сами выкладывали все свои душевные боли, попутно выдавая секреты мужей. Чуть позже к нам с Роем присоединилась моя кузина Кристин. Ее судьба была такой сложной, что врагу не пожелаешь. Но в том, что мы делали, она находила некое… удовлетворение…

Тристан поджал губы. Видимо, тот период своей молодости он вспоминал неохотно.

– Сначала мы просто баловались.