Изгой

Мы поднялись на второй этаж недостроенного здания и стали ждать, пытаясь рассмотреть общежитие, очертания которого расплывались в плотном утреннем тумане.

Этот туман, стелющийся грязными густыми клубами по пустырю, нахально лез в и без того взбудораженный организм и ненароком задевал до предела натянутые струнки растревоженной души, усиливая царящие там сумятицу и беспокойство.

– Саня не увидит, как мы доехали.

– Не понял? – встрепенулся Федя.

– Если туман не рассеется, когда мы подъедем к общаге, а Саня останется здесь...

– Понял. Молодец. Как подъедем – позвонишь ему.

– Ладно...

Созвонились с остальными: выдвигаются по графику, пока что все нормально. Леха занимает позицию у «Газавата» – будет оповещать нас, сейчас созвонится с лазутчиком и «плотниками» в общаге, обстановку доложит. Трое наблюдателей уже встали на «ключевых» точках: возле метро и перекрестков.

В половине девятого позвонил Усольцев: сказал, что они на подходе, и уточнил, нет ли с нами посторонних.

– О, плятт! – хлопнул себя по лбу Федя. – Забыл! Привык, что нам все по тулумбасу, а о других и не подумал.

Мы оставили Ленку с юнгами на втором этаже, а сами спустились во двор.

– Мы экстремисты, – Федя для убедительности показал хлопкоробу ствол. – Но мы добрые. Бить тебя не желаем, так что давай – сам. У тебя есть чем завязать глаза?

– Сейчас приедут люди, которых я не должен видеть? – спокойно спросил хлопкороб – похоже, не верил он, что мы можем поступить с ним плохо.

– Точно, – кивнул Федя. – Мы тебя спеленаем, замотаем глаза и отнимем телефон. Так что давай, что там у тебя есть – для рук и глаз, и располагайся поудобнее: минут сорок придется посидеть взаперти.

Через минуту сторож сидел на топчане, с кофтой на голове и связанными толстой проводкой руками (веревок не нашлось, а скотч еще не подвезли).

– Телефон потом на втором этаже заберешь, на подоконнике, – Федя забрал мобильник хлопкороба и наскоро осмотрел его ветхое жилище. – И я тебя прошу: мы тебя связали не особо туго, чтоб руки не затекли, так что не злоупотребляй.

– Я понял, – глухо ответил из-под кофты хлопкороб. – Я не буду смотреть. Я знаю, за такие вещи иногда даже убивают.

– Да?

– Вы в общежитие собираетесь?

– Ответа не будет.

– Наших там сейчас никого нет, – торопливо сообщил хлопкороб. – Значит, вы не для этого туда едете?

– Против ваших мы ничего не имеем.

– А, я понял! Могли бы не связывать: мне до этих людей никакого дела нет.

– Ну вот и замечательно. Сиди спокойно, скоро все кончится...

Минут через десять прибыла колонна: серый «Ленд Крузер» и четыре пассажирские «Газели».

– Вот же раздолбаи! – огорчился Федя.