Изгой

Седой откровенно почесал затылок (а просьба, согласитесь, какая-то отчаянно бредовая – по крайней мере, мне так показалось), немного подумал и кивнул.

Филин, ни секунды не задумываясь, кивнул в ответ:

– Сделаем...

Глава 6

Прибыв домой, Федя без обиняков довел до Ленки и юнг ближайшие планы на жизнь:

– Жрем, собираемся, отдыхаем. В час ночи выезд.

– Куда?!

– На родину предков.

Ленка на родину наших предков не хотела: у нее все дела здесь. В этих делах, без всякого преувеличения, в последние три месяца сосредоточен весь смысл ее жизни, она на них буквально зациклена.

Спешу пожаловаться на Федино тугоумие: мой большой железный брат, будучи обрадован допуском к участию в операции, ненароком усугубил ситуацию, принародно ляпнув:

– Нам разрешили участвовать в операции...

Зря он это сказал.

Ленка никогда отсутствием живости ума не страдала и буквально в два приема вникла в суть: то есть, получается, операцию проводит Филин и его люди, и наш номер в этом мероприятии сугубо шестой? Ну и на фига, в таком случае, мы туда премся?

В общем, вы, наверное, уже догадались, что за право убыть на родину предков нам пришлось сражаться. Баталия грозила затянуться надолго: Федя с тоской во взоре изготовился держать длительную оборону, но ваш покорный слуга на третьей минуте боя резво зашел с фланга:

– Ну и какие проблемы? Оставайся с юнгами здесь, ищи нам новое жилье, а мы поедем. Только камеру мне дай: я там сниму всю операцию и забабахаю супер-пупер репортаж. Знаешь, всю жизнь мечтал стать стрингером...

Это был безошибочный ход: враг, скрипя зубами и меча молнии из глаз, капитулировал.

Сами понимаете, насчет «поменять машину» мы даже не заикнулись. Вольно же этим перестраховщикам такими предложениями бросаться! Вот пересечется в станице Филин с нашей фурией, пусть сам ей об этом и скажет. А мы посмотрим.

Дождавшись, когда Ленка перестанет пыхтеть, я довел до нее опасения Седого насчет Ирины."

"Ленка к этому вопросу отнеслась неожиданно серьезно: тотчас же позвонила Ирине и стала убеждать ее, что нужно немедля все бросить и драпать куда-нибудь на край света. Хотя, если разобраться, неожиданность эта только кажущаяся: человек, переживший то, что выпало на долю Ленки, очень остро воспринимает схожие ситуации и постарается сделать все, чтобы с его близкими не случилось чего-то подобного.

Разговором Ленка осталась крайне недовольна. Моя слабо оформленная лирическая мечта вроде бы обещала уехать, но, как показалось Ленке, отнеслась ко всему этому весьма легкомысленно.

– Дела, видишь ли, у нее! – рычала наша тигрица, с размаху швырнув телефон (хорошо, в диван попала). – Она, видишь ли, подумает! Дура!!!

– Спокойнее, радость моя, – привычно журчал Федя. – Все утрясется, все будет нормально...

Собирать, по сути, нам было нечего.