Изгой
Ночное побоище, в котором насмерть сошлись молодые ребята из клуба «Патриот» и кавказские бандиты, закончилось жертвами и с той, и с другой стороны. Теперь Дима и его друзья оказались вне закона; они вынуждены скрываться, ничем не выдавая себя. Но их бунтующие сердца требуют действия, борьбы. И молодые патриоты задумывают крупную жестокую акцию, которая оборачивается еще большим, еще более страшным кровопролитием. Кажется, этому кровавому безумию не будет конца. Возможно ли примирение? Возможен ли выход из этого националистического тупика? Ответа пока нет, и противоборствующие стороны снова берутся за оружие...
Мне затея с микроавтобусами тоже не понравилась, наверняка есть пути попроще, без всех этих вязаний рук, эвакопунктов и так далее.
– Может, просто оттуда всем разбежаться? – предложил я. – Как «скины» делают: громят рынки, потом толпой в метро – вон на ненавистном ресурсе полно такого видео.
– Такие акции – это на сто процентов «заказуха», – уверенно сказал Усольцев. – Органы того района, где громят, – они в деле, потому дают уйти. А там камеры, в метро, прикинь – сразу толпу вычислят, даже если партиями просачиваться.
– А что-то мне тоже ничего другого на ум не приходит, – признался Руденко.
– Значит, будем работать по первоначальному плану, – а Федя, похоже, и не сомневался, что мы ничего лучше не придумаем. – Еще вопросы?
– Да нет, все ясно, – подытожил Усольцев. – Ты так все по полочкам разложил, что и спросить не о чем.
– Ну все, на этом и закончим. Если будут хотя бы какие-то малейшие изменения в планах – сразу звоните. Встречаемся завтра в пункте сосредоточения.
* * *Знаете, я такого Федю никогда еще не видел. Такого прозорливого, все учитывающего, можно сказать – мудрого. Это моя прерогатива, я у нас в банде самый умный и дальновидный! В общем, мой большой железный брат буквально открылся мне с другой стороны.
Когда мы возвращались домой после встречи с легионерами, я сказал об этом Феде. Не в том плане, чтобы похвалить, а просто поделился мнением:
– Никогда не думал, что специальные операции – такое нудное и скучное занятие. Не война, а какой-то бухучет: схемы, бумажки, расчеты...
– Ни хрена там лихого нету, – подтвердил Федя. – Это факт. Чтобы в течение десяти минут нормально отработать, с минимальными потерями и хоть каким-то результатом, приходится долго и нудно готовиться, все просчитывать и проверять.
– Слушай, а вот ты говоришь, что далеко не самый умный там был...
– Точно. Там стратегов хватало. Да я тогда вообще был молод и глуп, ни дать ни взять Ванька-дурак.
– Но ты сейчас, на мой взгляд, все до мелочей предусмотрел, все просчитал.
Сунься кто-нибудь другой с таким вопросом, Федя послал бы не задумываясь. Но «потери» для меня – это не праздный интерес, а суровая реальность.
У меня там брат погиб. Его лучший друг, между прочим.

















