Изгой

Те, кто это сделал, точно не люди наших друзей с побережья? И почему ты так смотришь на это фото, будто призрак увидел?

– У людей с побережья сейчас много проблем, не думаю, что они вмешались. А это – мать Паулу.

– Что? – Эйтор покраснел, воспоминания о сводном брате до сих пор приводили его в ярость. – Ты говорил, что она исчезла. Что это была какая-то проститутка, случайное знакомство, подкидыш в приюте.

– Утонула. Помнишь, тебе тогда было лет семнадцать? Яхту взорвали, меня выловили спасатели, и Рафаэля вместе со мной.

– Да, тогда все каналы это показывали.

– Айрин. Ее так звали, она была со мной на яхте. На ее яхте. Охранник видел это, но ничего не сказал, ему заплатили, а потом он утонул на рыбалке, к этому я отношения не имею. Оставались записи, полиция их особо не смотрела, обычное покушение.

– А Паулу?

– Она действительно оставила его в приюте, это не удивительно, из Айрин получилась бы отвратительная мать. Так вот, перстень тогда и утонул. А эту фотографию Перейра мне передал недавно, ее нашли в доме одного репортера. Погоди.

Матеуш встал, вышел, через минуту вернулся с точно такой же фотографией.

– Вот она.

Эйтор долго сравнивал оба изображения. Скорее для того, чтобы унять волнение. Гомеш-старший его не торопил.

– И что все это значит?

– Не знаю, – Матеуш вздохнул. – Но думаю, кому-то очень хочется напомнить мне о том, что случилось.

– Мири в курсе?

– Нет. Она ничего не должна знать, это только мое дело, точнее, уже наше с тобой. Если кто-то подбирается ко мне, я буду готов, и ты готовься, после убийства Перейры ты – новый капитан полиции Сидаже Алта.

* * *Молчун ждал, что семья Гальяцци пришлет своего человека, чтобы заменить Карпова, об этом ему намекнули, когда отдавали приказ передать Павла людям с побережья. Так что он очень удивился, когда обнаружил в кресле бывшего шефа Лидию. Та сидела в нем совсем не как гость.

– Проходи, Карл, – низкий голос Лидии завораживал. К тому же Молчуна здесь никто так никогда не называл.

Фишер сидел на своем привычном месте, уткнувшись в бумаги, словно происходящее вокруг его не касалось.

– Что с последним заданием Карпова? – Лидия достала кусочек пластика, положила перед собой.

Молчун пожал плечами. Неоднозначные вопросы он не любил, его ответы всегда были конкретными. Жив или мертв.

– Веласкес жив? – уточнила женщина.

Ее собеседник снова пожал плечами, он действительно не знал, жив ли Веласкес.

– Не важно, дело прошлое. – Лидия пододвинула Молчуну кусочек пластика, тот приложил его к своему телефону.

На счете появились сто тысяч реалов."

"– Это премия, – уточнила Лидия. – Оплату получишь отдельно. Теперь твой шеф – я. А это твоя новая цель, постарайся сделать все в ближайшие дни.

И пододвинула к нему лист одноразовой бумаги.