Изгой

Но все равно правительство намеревалось устроить торжества в среду, 18 августа. Практически все политики уже заявили, что туда не поедут, центральные медиа отделались короткими заметками: снимать развалины никому не хотелось. И только «Фундо Политико» вдруг решило, что там необходим репортер с лицензированной камерой.

Павел решил последовать совету Лидии и уехать на несколько дней, пока Карпов наконец-то докопается до сути и поймет, что с его стороны все было по-честному. Он много раз прокручивал последнюю раздачу в голове и каждый раз убеждался, что ошибки не допустил – две семерки подряд и две на руках – это редкое совпадение. И вообще, пора с покером завязывать, Коллинз предложил перейти в «Ньюс» с октября, двух репортеров там провожают на пенсию, и одно место точно освободится. Тысяча в неделю, плюс отчисления еще столько же, плюс свободный график – с этими деньгами и условиями можно жить. Кое-как, зато спокойно, не связываясь с бандитами и неадекватными игроками. С этими мыслями он и улегся спать на первом этаже, отключив звуковые фильтры и впустив шум ночного города в дом.

У Насти Волковой вторая половина дня была куда как насыщеннее.

Устав гоняться за Веласкесом, она поехала на место преступления, в Нижний город, по пути завезя в участок вещи неизвестной девушки – поиск по ДНК среди жителей столицы ничего не дал. Сержанта в кабинете не было, зато она столкнулась с лейтенантом Эскобаром.

Марк Эскобар был раза в два моложе сержанта Койо и на восемь лет старше Насти. Ростом чуть выше метра восьмидесяти, подтянутый, с обозначившимися, но не выдающимися мускулами, в идеально сидящей форме и начищенных до блеска ботинках, он был образцовым полицейским. Проблемой Марка было то, что он стал лейтенантом слишком рано – капитан Нижнего города в отставку уходить не собирался, и в ближайшие двадцать лет это место было занято. К тому времени Эскобар будет лейтенантом те же двадцать лет, а человек, застрявший надолго в одном звании, навряд ли пойдет на повышение, если его не протолкнут. Марк это отлично понимал.

– Детектив, ко мне в кабинет, – увидев Настю, он встал и приоткрыл дверь."

"Волкова вздохнула, оставила вещи на столе и прошла в большое помещение со светлыми стенами и удобной мебелью. Прикрыла плотно дверь за собой.

– Мне позвонили из Службы контроля, – не дожидаясь, пока девушка сядет, сказал лейтенант. Сам он сидел на столе, упершись руками в столешницу, и Насте ничего не оставалось, как остаться стоять. – Некто Теодор Мелендес. Он утверждает, что ты требовала дело Веласкеса.

– И он мне его не дал.

Эскобар вздохнул.

– Ты вела себя неуважительно.

– Я прождала его полчаса, – возмутилась Волкова.

– Знаю.