Изгой

С пользой значило или поспать, или наконец отправиться в Фишбург, снять номер в какой-нибудь семейной гостинице на берегу океана, с вкусной домашней едой, белоснежными простынями и заботливыми хозяевами, и уже там бездельничать до среды. Сервис бронирования предлагал с десяток таких шикарных мест, все они стоили не очень дорого, максимум по сотне за сутки с обильным питанием и шикарным видом из окна, и парень был решительно настроен за эти деньги получить максимум удовольствия.

Он проверил чипы на оружии, пистолет и карабин нужно было для проверки завезти в полицейский участок через несколько месяцев, обновил прошивку на байке, позвонил в управляющую компанию, чтобы предупредить, что его не будет дома несколько дней – те пообещали, что как минимум раз в сутки кто-то из охраны обязательно проверит, не вломились ли в дом нехорошие люди.

Насчет этого Павел не особо беспокоился, красть в его квартире было нечего, но попросил, если такое произойдет, до его приезда все отремонтировать и почистить. Управляющий к требованию отнесся с пониманием – он сам был со Свободных территорий, где такие вещи случались постоянно. Но предупредил жильца, что с уличными камерами в последние дни творится что-то неладное, и неплохо бы Павлу самому позаботиться о безопасности.

Веласкес так и сделал. Две скрытых камеры, одну на первом этаже, другую на заднем дворе, подключил к телефону. Особой надежды на них не было, серьезные ребята, если им надо забраться в дом, легко подменят сигнал. Продублировал сигнал в местную службу безопасности и страховую компанию, получил от них согласие и счет, который сразу оплатил. И решил, что сделал все, что мог, для сохранности нескольких пар обуви, грязной посуды и старой мебели.

Первым делом он добрался до банка и разменял пятитысячную пластину, полученную от Карпова, на сотню помельче. Банкомат связался с центральным офисом, тот – с департаментом эмиссии, сначала пять тысяч вернулись обратно, в систему учета обладателей наличности, заново создавая цепочку владельцев и убирая в архив всех, кто был до Веласкеса, потом уничтожились, и на несколько сотых секунды Павел остался без денег. После этого система создала новые деньги, сверила личность Павла с тем, что было в ней, системе, заложено, проверила, есть ли у мага долги, вычла налог с полученного выигрыша, прописала для каждой пластинки уникальный код из пятисот двенадцати символов, послала эти коды в центральный офис банка, а тот распорядился выдать парню наличные.

Теперь у Павла было сорок дней на то, чтобы их потратить или обменять заново, на сорок первый день они превращались в бесполезные кусочки пластика. На такой долгий срок он не рассчитывал.

До Кейптауна было два маршрута, и каждый занимал куда меньше одного дня.