Околдованная

Мы понимаем друг друга, не правда ли?

Его лицо приблизилось, так как он сел на край ее постели. Он находился так близко, что она могла видеть затуманенные глаза и каждую пору кожи старика. Он говорил, слегка брызгая слюной.

— Конечно, понимаем, — пробормотала она.

Она сидела, подобрав ноги под овечью шкуру.

— Но сейчас, наверное, лучше всего…

— Ты прелестная женщина, Силье! Я увидел это уже в церкви, когда ты стояла и писала, не хочешь ли, однако, пропустить рюмочку, и я увидел твою грудь в профиль… порф… профиль… Да, поскольку я знаю в этом толк, я могу оценить красоту, и тогда я почувствовал, что я не такой засохший, как я думал. Мои штаны могут еще быть мне тесны, Силье…

— Извините, господин Бенедикт, но мы не должны будить маленькую Суль. И мне нужно завтра рано вставать. Вероятно, лучше продолжить беседу завтра.

— И тогда я сказал самому себе, что Силье проявит милосердие к старому бедняге.

Его рука двигалась к овечьей шкуре, чтобы залезть под нее, но он поскользнулся и свалился на пол. Силье было очень гадко на душе, но она сообразила, как предотвратить худшее. Соскочив с постели, она подвела гордого художника к двери. Его шляпа соскользнула и сидела теперь на одном ухе.

— Не забудьте, что мы можем продолжить беседу завтра, господин Бенедикт! Если кто-то увидит, что вы навещаете меня так поздно, как сейчас, то это может вызвать подозрения, не правда ли? А я совсем не хочу погубить мою репутацию. Так же, как и вашу.

Бенедикт весело ухмылялся. После выпивки он был добродушным и приветливым. Он позволил себя вывести из дома без сопротивления, и она заперла за ним дверь.

Огорошенная случившимся, она постояла, прислонившись к двери, пока вдали не затихло невнятное бормотание Бенедикта. Услышав, что дверь его дома закрылась, Силье снова легла в постель. На следующий день он, к счастью, настолько все забыл, что устроил скандал из-за следов на снегу рядом со своей лестницей. Грета уверяла его, что это его собственные следы.

— Да, да, видно, я был здесь по малой нужде, — пробормотал Бенедикт. — В этом неудобство после того, как пропустишь стаканчик…

Силье облегченно вздохнула.

6

Зима победила чуму. Для распространения болезни требовались тепло, влажность и гниение. Теперь можно было услышать лишь об отдельных случаях заболевания, но в целом чуму как ветром сдуло."

"Горы за хутором имели над Силье удивительную власть, как это и было всегда, но чувство, которое они вызывали теперь, не было уже страхом. Бессознательно она связывала их с определенной личностью, и, когда смотрела на них, робко и виновато, у нее пересыхали губы, а сердце билось быстро и взволнованно.

Она видела, пожалуй, не больше странных снов, чем другие люди, и забывала их обычно сразу при пробуждении.