Измена не самое страшное [СИ]

Несмотря на боль и чувство вины, охватившие меня, осознавала, что не смогу вырваться из когтей мужа. Я стала пленницей своей собственной жизни, прикованной к мужчине, который контролирует каждое мое движение.

С каким-то безразличием наблюдала в больнице, как мама рыдала в коридоре, а ее трогательно поддерживал Мурат. Оплатил лучшую палату, суетился. Но я-то знала, что всё это ложь и фарс.

— Гелька, держись за него, — сурово наставляла мама, а на пальчике ее сверкало колечко. Никогда прежде она не носила подобные украшения. Она не поможет мне, родная мама тоже поддалась его чарам. Эта мысль четко врезалась в мою голову.

И в последствии родительница вечно будет поддерживать моего мужа, вставать на его сторону и делать вид, что она слепа, в упор не замечая моих синяков и изможденного состояния. Будет благосклонно принимать дорогие подарки и всячески восхвалять любимого зятя в глазах родных и соседей.

Единственная, кто был со мной. Кто боролся за меня, когда я сама уже опустила руки — Катерина. Моя любимая лучшая подруга.

Мы стояли в стороне и молчаливо наблюдали за дешевым спектаклем, тихо ненавидя его организатора. Когда Мурат подошёл к нам, подруга не выдержала и прошипела не хуже разъяренной кошки:

— Когда-нибудь ты за всё ответишь, урод — сощурив глаза, выдала Катя. — Будешь корчиться от боли…

— Закрой свой рот, шваль, — тихо, не меняя выражения лица, отчеканил Мурат. — Пока я тебе его не заткнул.

— Да пошел ты…

Не обращала внимания на них, стояла и смотрела невидящим взглядом перед собой. Словно все это какое — то кино…

Стоило нам вернуться домой, и мне озвучили новые правила моей жизни. Институт я должна бросить. Мне не нужно образование, ведь я никогда не буду работать. Меня всем необходимым обеспечит муж. Выходить из дома можно только с его разрешения. Общение с мамой только по телефону. С Катей тоже, но только пока. А желательно, вообще прекратить. Шлюховатая грубиянка не может быть подругой приличной замужней женщины из богатой семьи.

Мне составили распорядок дня. Правила поведения, которые должна была выучить. Деньги. В них не было ограничения. Только мне ничего не надо было. Ничего не хотелось. Зачем они мне теперь?

После каждых побоев или слишком жёсткого секса, меня осыпали подарками и этими гадкими белыми розами. Их запах насквозь пропитал стены нашего дома и вызывал у меня тошнотворные спазмы.

В глубине своего отчаяния я находила утешение в мимолетных бунтах, небольших попытках неповиновения, которые давали проблески надежды. Я мечтала о жизни свободной от страха, где смогу защитить своих близких и себя."

"Тем не менее, реальность с каждым днем становилась всё мрачнее. В какой-то момент думала, что сломаюсь. Просто было невыносимо принять такую действительность.