Измена не самое страшное [СИ]

 — А теперь, — приказным наглым тоном обратился он ко мне, — Поцеловала мужа и сказала, как сильно его любишь.

Я безумно боялась за малыша, страшилась его гнева, но переступить через себя не могла. Перед какой-то дешевкой, он будет издеваться надо мной, втаптывать в грязь? Бить?

— Как же сильно я тебя ненавижу… — с вызовом смотря в его глаза прошептала с горечью, — Забирай его себе, — бросила девке, — Барахтайтесь, как животные, только оставьте меня в покое…

Меня трясло, внутри все переворачивалось. Никак не могла унять дрожь в теле.

— Заткнись, — взревел Мурат, хватая меня за грудки и встряхивая. Голова дернулась, а я чуть не прикусила язык, — Лучше не доводи меня, Геля…

— Ненавижу, ненавижу, ненавижу, — повторяла как сумасшедшая, сквозь пелену слез смотря в нечеловеческие серые глаза. Он резко поднялся, утягивая и меня за собой, заставляя встать. Повисла в его руках, слыша жалобный треск ткани платья. Голова кружилась, картинка плыла, а на меня навалилась какая-то жуткая, неподъемная усталость.

Протяжный противный визг блондинки, заставил поморщится, она что-то кричала, создавала какую-то суету, а я будто проваливалась в темноту. Мурат меня тряс, потом взял на руки и куда-то нес. Мне так хотелось уже потерять сознание, найти покой, а он не отставал от меня, что-то говорил. Испугался… Я четко ощущала его страх. Впервые боялась не я, а чудовище…

Очнулась я в палате. Оказывается, у меня открылось кровотечение. И как итог, преждевременные роды. Малышка и я попали в реанимацию."

"Стоило мне увидеть маленькое беззащитное тельце, худенькие ручки и черные, будто смородинки глазки, как меня затопила такая любовь. Такая радость охватила душу. Моя девочка… Доченька. Каждый день ходила к ней. Стояла и неотрывно смотрела на малышку через стекло. Впервые за долгое время почувствовав себя живой.

За всё это время Мурат ни разу не навестил меня в больнице. Только… прислал букет белых роз.

Глава 12

Выписали меня из роддома раньше чем доченьку. Выйдя из здания больницы, увидела мужа. Он стоял у машины, ожидая моего приближения. На лице Мурата читались гнев и недовольство. В глубине его глаз пронзительного серого оттенка, плескалось разочарование. Его суровый вид, будто отражал переменчивую погоду и прохладу осенней поры.

— Ты самое бесполезное существо, которое я когда либо встречал, — выплюнул он мне вместо приветствия, распахивая пассажирскую дверь и выдергивая из моих рук сумку с вещами, — Не в состоянии справиться даже с самой примитивной задачей, выносить и родить ребенка.

— Так отпусти нас и найди достойную самку на эту роль, — хмыкнула, обессиленно погружаясь в салон авто.

— Ты можешь валить на все четыре стороны, — с презрением бросил Мурат, захлопывая двери.