Измена не самое страшное [СИ]
— Тётя Геля! — радостно воскликнула доченька, подбегая ближе к видеокамере. Да. Для нее я просто тётя и никак иначе. — Привет, — счастливо шепчу, едва сдерживая слёзы. — Ты так выросла… Так и хотелось сказать: «Доченька». А ещё больше обнять ее и никогда не отпускать. — Мне почти три, — гордо сообщила малышка, показывая на пальчиках. — Я знаю. Как ты там? Что делаешь? Последний раз нам разрешили поговорить пять минут, и то два месяца назад… — Хорошо. — бросила она торопливо, вновь убегая к игрушкам. — Я люблю тебя, родная, — успеваю крикнуть, прежде чем недовольный муж нажал отбой. — Мы договаривались, — предостерегающе начал он, нависая надо мной. — Как ты можешь? — взорвалась я не сдерживая слез. — Это моя дочь. Я имею право с ней общаться.
Конечно, нужно было смолчать, но слова сами выпрыгивали и сочились ядом.
— А вы в курсе, что ваш мужчина других женщин кофе угощает?
Дура! Какая дура. Мне тут же захотелось извиниться. Взгляд её изменился, не осталось и следа от сдержанности и дружелюбия.
— А, — притворно удивилась она. — Вы подружка Саши? — Вероника смотрела на меня с жалостью и без капли удивления.
— И вас это не смущает? — поразилась ее спокойствию.
— А почему меня должна смущать личная жизнь бывшего мужа, — пожала она плечами, — Если у вас всё, то я пойду на обед. Могли не ломать комедию, а сэкономить и мое и ваше время.
Так противно стало. А потом накатил страх. А если она ему расскажет? И что? Он даже не поймёт о ком речь. Немного расслабилась и, подхватив свою сумку, удалилась.
Домой ехала разбитая. Но и там ждал сюрприз. Мурат был уже дома, и злой, как собака. Я войти не успела, а он меня за шею и к стене припечатал.
— Тебе что там надо было? — прошипел возле лица, усиливая хватку.
— Где? — опешила, понимая, что он вновь следил за мной.
— Лучше не зли меня, — пророкотал предупреждающе Мурат, покачав головой. — Квартирку себе присматриваешь? Карточки у тебя забрать?
— Да я думала одногруппница. Ошиблась просто. — торопливо объяснялась, страшась что он исполнит задуманное или еще хуже, запретит выходить из дома.
Я заплакала, от груза сегодняшнего дня. Всхлипывала, уверяя мужа:
— Я, правда, ошиблась! Да больше близко не пойду ни к каким агентствам. Честно, любимый.
Черты лица Мурата смягчились, поверил, медленно отпустил. Буря миновала. Вытерла слезы и пошла на верх. В душе, в кабинке, где нет камер, дала себе волю. Так, я уже давно не рыдала. От собственно глупости, злобы и зависти…
Глава 15
Через несколько дней после моих шпионских игр, за завтраком, осмелилась сама начать диалог. Мурат вернулся от дочери и был в хорошем расположении духа.
Сидела напротив своего мужа-тирана и собиралась духом, подбирала слова. Ели мы в полной тишине, лишь звон столовых приборов об изящный фарфор разносился эхом по помещению. Каждое утро изо дня в день мы сохраняли видимость семейной идиллии.
— Любимый, — ласково начала я, превосходно отыгрывая свою партию. — Ты еще на меня злишься?
— Да, — не отрываясь от планшета, бросил мне холодно муж."
"Я же старалась держаться непринужденно, невольно посмотрела на свою нетронутую тарелку, мой аппетит давно пропал из-за угнетающей атмосферы.
— Но почему? — заканючила кокетливо. Уняла поднимающееся, испытывая неприязнь к самой себе.
Мурат полоснул по мне своим пронзительным взглядом, изучая моё лицо. Власть, которую он имел надо мной, была удушающей, невидимая безжалостная хватка на моей шее, только крепла с каждым днем.











