Измена. Раненые сердца
— Ты не убивайся так сильно, Аня. Выкидыш это к лучшему. Ведь я и не хотел этого ребёнка, мне он никогда не был нужен. — безжалостно сказал Дима, бывший муж Ани, его слова были как удар в живот. — Ты знаешь, что я люблю Регину, она носит моего ребенка. А твой… он был бы помехой.— Ты… ты не имеешь права говорить так! — прошипела Аня. — Это мой ребенок! Был моим… Мне плевать, что он не был нужен тебе, он был нужен мне!— Я думаю, что тебе нужно было сделать аборт сразу, как только ты узнала. Тогда мы избежали бы этой лишней драмы.Лицо Аны исказилось в агонии, когда она издала вопль боли.— Как можно говорить так о своей плоти и крови? Ты называешь своего ребенка помехой.— Аня Аня Аня… какая же ты глупая. Я знаю о твоих намерениях. Ты хотела, чтобы я вернулся к тебе, думала, что ребенок поможет, что он привяжет меня к тебе, но тебе следовало подумать о последствиях, а теперь ты по своей же глупости лежишь здесь и ноешь из-за какого-то плода. — голос Димы сочился презрением.
Когда Даша встала с дивана, чтобы уйти, рука мужчины резко схватила ее за запястье. Его хватка была похожа на тиски, его пальцы впились в ее кожу.
— У меня нет времени, чтобы ждать пока кто-то будет думать. — Его голос стал раздраженным и холодным. — Мне нужен ответ сейчас.
У Даши перехватило дыхание. Она чувствовала себя в ловушке, как заяц, попавший в свет фар встречной машины.
— Настоящая актриса должна уметь справляться с такими сценами. В конце концов, это всего лишь сценарий, игра! — настаивал мужчина, его глаза, казалось, впились в лицо Даши и его взгляд чувствовался как физическое прикосновение.
— Наверное, я не готова к такому пока что… мы можем обойтись без поцелуя? Пожалуйста.
— Конечно. Без поцелуя, так без поцелуя… тогда покажи мне свою грудь.
Глава 39
Когда слова мужчины дошли до сознания Даши, она почувствовала, как ее захлестнула волна раздражения и страха одновременно. Она не могла поверить в то, что ее просили сделать. Она никогда не была из тех, кто выставляет себя напоказ, и мысль о том, чтобы сделать это перед этим незнакомцем, заставила ее вновь покрыться мурашками.
— Я не думаю, что это… это необходимо, — заикаясь, проговорила Даша, пытаясь сохранить самообладание.
— О, но это абсолютно необходимо, дорогая, — сказал он притворно снисходительным голосом. — Если ты хочешь стать настоящей актрисой, ты должна быть готова рисковать и раздвигать границы. А если ты даже этого не можешь сделать, то эта профессия не для тебя. Ты ведь сама наверняка видела, сейчас много актрис, которые обнажаются на камеру.
— Послушайте, — сказала она, стараясь говорить твердо, но спокойно, — я ценю эту возможность, правда. Но то, что вы просите меня сделать это слишком. Мне это не нравится.
Выражение лица Зураба стало совсем злым.
— Давай так, малыш… тебе нужна эта роль? Значит, ты делаешь то, что я говорю. И поверь мне, если ты не можешь справиться с этой маленькой просьбой, то я позабочусь о том, чтобы ты никогда не попала на экраны!
Лицо мужчины исказила угрожающая ухмылка.
Даше испугалась холодных, резких слов, обращенных к ней. Она почувствовала комок в горле, а сердце начало колотиться. Намерения мужчины вдруг стали ясны, и Даша знала, что ей нужно как можно скорее уйти из этого места.
— Извините, но мне действительно уже нужно идти. До свидания.











