Изумрудные зубки

 – На последний момент ты – самая любимая.

Татьяна встала и пошла вверх по лестнице.

Дверь долго никто не открывал. Татьяна стучала, звонила, и даже попинала ногой обивку. Наконец, замок щелкнул, щеколда звякнула, и на пороге появился он. Свежий, бодрый и хорошо пахнущий. Он был уже почти одет – брюки, светлая рубашка и галстук, который он теребил, поправляя узел.

– Надеюсь, ты одна и трезвая? – любезно осведомился он, выглянул на площадку и осмотрелся, придерживая рукой галстучный узел, словно опасаясь, что он развяжется.

– Мне нужны вещи всех твоих Тань, – сухо сказала Татьяна.

Глеб куда-то сходил, и принес ворох одежды.

– Мои тоже, – глянув на ворох, сказала Татьяна.

– Твои потом, – резко ответил он и закрыл дверь.

Она спустилась на два пролета. Там, вжавшись в стенку, стояла Сычева, которую обнюхивала грязная большая болонка.

– Фу! – кричала Сычева. – Фу, дрянь такая!

– Здравствуйте, песик, – сказала интеллигентная жена Глеба собаке, – идите, пожалуйста, по своим делам!

На лестнице, уцепившись за поручень, стояла какая-то бабка и отчаянно плевалась:

– Тьфу, на вас! Развели тут разврат! Стриптизерш окаянных стало больше, чем рабочих людей! Тьфу! Дэзи, пошли! Дэзи, тьфу на них!

Собака с неохотой послушалась, отстала от голых коленок Сычевой и поплелась за хозяйкой вниз.

Наверх поднимался какой-то дядька, он бочком, бочком, стараясь не смотреть на странную компанию, протиснулся мимо и прибавил ходу.

Татьяна раздала вещи. Тани поспешно начали одеваться.

– Ну девки, с боевым крещением! – воскликнула Сычева, влезая в свои джинсы, топик, пиджак и куртку. – Не сказать, чтобы я плохо провела время!

– А уж я-то как его провела! – мрачно сказала Таня-жена, поправляя оборки на белой кофточке. – У меня, кстати, первый урок – русская литература.

– Ничего, – успокоила ее Сычева, – сейчас пойдешь к маме, отмокнешь в ванной, почистишь зубы, причешешься, попьешь кофеек и будешь как огурчик. Мне, кстати, тоже через час нужно в редакции быть. У нас сегодня планерка. Главный убьет, если опоздаю. Так-то у нас график более-менее свободный, но раз в неделю, утром как штык должен быть на планерке!

– У меня урок, у тебя планерка, а ты, милое создание, куда? – обратилась Таня к Татьяне.

– У меня там вещи, – Татьяна виновато кивнула наверх.

– Ну-ну, – усмехнулась Таня-жена.

– Ну-ну, – усмехнулась Танюха-любовница."

"Они развернулись и стали спускаться вниз – нога в ногу, плечо к плечу.

Татьяна поежилась от пробравшего ее холода и пошла наверх.

* * *Дверь оказалась не заперта.

Татьяна толкнула ее и шагнула в квартиру, где витал запах кофе, дорогого трубочного табака и любовных страстей.

Глеб на кухне жарил яичницу. Яйца громко шкворчали в избыточном количестве масла.