Изумрудные зубки

– Черт, не успеваю, – буднично произнес Глеб, отдернул рукав пиджака и посмотрел на часы. – Дожарь и поешь, – обратился он к Татьяне.

Татьяна подошла к печке и убавила чересчур рьяные языки пламени.

– Еж... я уезжаю сегодня.

– Да? Почему? – Кажется, он искренне удивился. Она посмотрела в его черные, насмешливые глаза.

– Как ни странно, я все еще люблю тебя, Еж.

– Ты хочешь сказать, любовь зла?.. – усмехнулся он и опять посмотрел на часы.

– Я хочу сказать, что сейчас не самый легкий период моей жизни.

– Хочешь совет?

– Нет.

– Хочешь! Не бери в голову ничего, что может усложнить твою жизнь. И мою тоже.

Яйца сгорели. Как-то сразу, внезапно, кружево белка почернело, приобрело несъедобный вид. Татьяна отставила сковородку в сторону и выключила газ.

– Жаль, что ты не озвучивал свои принципы раньше, – сказала она.

Он засмеялся и опять посмотрел на часы – на этот раз на настенные, с суетливым маятником.

– Раньше! – воскликнул он. – Да мы знакомы-то были неделю. Очнись! Я никогда, ничего от тебя не скрывал! Говорил, что люблю женщин, говорил, что они любят меня, говорил, что превыше всего ставлю свою работу и свой личный успех, говорил, что не собираюсь обзаводиться детьми, потому что они забирают массу времени, денег и сил. Я всегда говорил, что не собираюсь связывать свою жизнь только с одной женщиной!

– Говорил, – кивнула Татьяна, – только, кажется, я этого не слышала.

– Очнись! Ведь именно за это ты стала называть меня Ежом! – он попытался обнять и поцеловать ее в висок.

– Любовь зла, – отстранилась Татьяна. – Ты прав, именно это я и хотела сказать.

Он мигом нацепил маску равнодушия, повернулся спиной, ушел в коридор и уже от двери крикнул:

– У меня планерка с утра! Приеду часикам к трем. Приготовь что-нибудь на обед! Учти, я предпочитаю пасту с морепродуктами и фруктовые тортики на десерт! Если у тебя мало денег, возьми в серванте, в шкатулке. Пока.

– Пока, – тихо сказала Татьяна.

* * *Она позвонила ему с вокзала.

– Еж, я уезжаю.

– Что?!

– Я уезжаю, Еж! Насовсем. Взяла на поезд билет.

– Ну и дура, – буднично сказал Глеб и Татьяна представила, как он посматривает на часы и пыхтит своей трубкой. – Мы совсем не насладились друг другом. На фига было приезжать?

– Еж...

– Еж, Еж, – передразнил он, – тебе нужно было заводить тюленя, а не ежа! Слушай, а может, передумаешь? У меня тут случилась неприятность и мне понадобится твоя поддержка. Моральная и сексуальная, разумеется. И потом... я же все-таки, люблю тебя! А когда у меня еще случится командировка в этот Новосибирск! И вообще, по твоей вине тут ...

– Нет, Еж. Прощай. Не пиши мне и не звони. – Она нажала отбой и зашла в вагон.

В купе уже был полный набор тетушек, которые разворачивали на столике копченых куриц, готовясь к длинной дороге.