Изумрудные зубки
Когда бандиты злодейски похищали журналиста Глеба Афанасьева, они не знали, сколько женщин будут рвать на себе волосы. Три Татьяны – законная жена Афанасьева, две его любовницы готовы на все ради самого демонически сексапильного мужчины города. Глеб, несмотря на дьявольскую привлекательность, малодушен и, кроме как на мужские победы, ни на что не способен. Но все же «его девчонки» находят в столе у «шейха» изумруды и серьезный компромат на солидную организацию. Красавицы, легкомысленно присвоив находку, становятся главными мишенями похитителей.Вот тогда начинается погоня, стрельба, и три новых истории любви…
– Что?!!
– Не помнишь?
– Нет!
– Хорошее лекарство!
– Объясни.
– Аривидерчи, Чуча!!!
* * *– Аривидерчи, Чуча! – три раза успел повторить попугай, пока дверь в комнату медленно открывалась."
"Страх вроде бы прихватил Глеба за горло, сбил с ритма сердце, но тут же отступил, оставив место легкому недоумению и непонятной веселости.
«Хорошее было лекарство!»
Инга встала с его колен и без излишней поспешности пересела в кресло напротив.
На пороге стоял молодой коренастый мужик в кожаных джинсах и светлом льняном пиджаке. Это сочетание кожи и льна было таким же нелепым, как и сочетание длинных прядей волос, стянутых сзади в хвост, с грубыми чертами лица.
– Он наврал, – тихо сказал мужик, закрывая за собой дверь. – В его рабочем столе нет ни камней, ни диска.
– Этого быть не может! – Инга резко встала и подошла к мужику. – Не может быть!! Под действием этого лекарства не врут!
– Не врут... – пробормотал Глеб.
Он не понимал ничего.
Ничегошеньки!
Ожившая Инга. Красная комната. Пробитая голова, которая не болит. Хорошее настроение. Дебильный мужик, забывший сменить то ли брюки, то ли пиджак. Какие-то камни! Нужно срочно упасть в обморок. Или умереть. Еще раз умереть – по-настоящему, чтобы не мучили эти смешные кошмары.
– Тебя, мать, надули с лекарством, – с усмешкой сказал мужик Инге. – Подсунули фуфло за бешеное бабло.
– Фуфлозабабло! – заорал попугай. – Баблозафуфло!
– В баню его, – процедила Инга. – В баню, и задать жару!
– Баняжару!!! – не унималась мерзкая птица.
* * *У двери стояла корзина с белыми розами.
«Флек, – вспомнила Таня. – Подлая собака Флек со своею мамашей. И чего они ко мне привязались?»
После всего, что произошло на даче, глаза у нее были на мокром месте, но не от жалости к себе, не от обиды, а от внезапно поселившейся внутри злости.
Эти розы и этот Флек были очень кстати для этой злости.
Привычно запустив руки в колючие стебли, она достала записку.
«Мадам я надеюсь увидеть вас в наилучшем виде сегодня часиков в восемь вечера в ресторане „Прага“, в Царском зале. Не подведите. Мама погладила мне носки и сунула в карман накрахмаленный белый платочек. Прежде чем порвать и выбросить эту записку имейте в виду что я холост молод красив и платежеспособен. Такие парни не каждый день попадаются».
Таня открыла дверь, прошла на балкон и швырнула цветы вниз вместе с корзиной.
Потом села за стол и красной учительской ручкой расставила запятые.
Потом огляделась.
С этими дурацкими розами она не заметила, что вещи в квартире раскиданы. Не придала значения, что дверь закрыта на один оборот. Не обратила внимания, что пол истоптан чужой грязной обувью!
С распотрошенным шкафом, разворошенной кроватью, разгромленными книжными полками комната имела жалкий, нежилой вид.









![Афера [СИ]](/uploads/posts/images/5/afera-si.jpg)




