Извращенные Эмоции

— Мне нужно увидеть твои глаза.

Мне было трудно читать выражение ее лица, не видя выражения ее глаз. Ее веки распахнулись.

— Прости. — я погладил ее по бокам, и она облизнула губы. — Ты можешь войти глубже.

Я так и сделал. На этот раз я не остановился. Приподняв бедра, я помог ей опуститься, пока ее киска не прижалась к моему тазу. Я опустился на матрас и взял ее с собой. Она все еще была на мне, когда я полностью заполнил ее. Это было так близко к совершенству, как я мог себе представить.

Она выдохнула, и ее пальцы сжались на моей коже. Я сглотнул. Никогда раньше никто не чувствовался так хорошо с моим членом.

Мое тело кричало, чтобы двигаться, искать удовольствие, которое могла предложить ее теснота. Она прижалась ко мне, совершенно неподвижно.

— Хорошо? — я спросил, понизив голос.

Киара снова выдохнула.

— Я чувствую себя ... хорошо.

Слезы наполнили ее глаза, и я замер, как и она.

— Почему слезы?

Она наклонилась, чтобы поцеловать меня и переместила мой член внутрь себя. Я застонал у ее рта, и она слегка вздрогнула. Ее губы коснулись моих, и я принял приглашение, пробуя ее рот на вкус. Поцелуи всегда казались неизбежным злом, которое требовалось многим девушкам во время полового акта, но с Киарой они усиливали мое собственное возбуждение.

Она медленно отстранилась, ее глаза потемнели и наполнились слезами.

— Я чувствую, что наконец-то освободилась от него.

Я нежно погладил ее по спине, пытаясь понять. Я убил его так жестоко, как только мог, и все же этот акт нежности окончательно уничтожил демонов ее прошлого, воспоминания о его действиях.

Я крепче прижал ее к себе, наши тела слились воедино, моя спина прижалась к изголовью кровати. В кои-то веки я не знал, что сказать, и это был тревожный опыт.

"

"Я начал двигаться, медленно и нежно вращая бедрами, и она ахнула. Она посмотрела мне в глаза и коснулась губами моих губ. Доверие. Нежность. И еще столько эмоций, которых я не понимал. Меня никогда по-настоящему не возмущало своя неспособность чувствовать, но в этот момент я почувствовал это возмущение.

— Мне так хорошо, Нино.

Я так же наклонил бедра, и веки Киары затрепетали, но она не закрыла глаза. Как будто ей нужно было увидеть меня, поэтому я посмотрел ей в глаза. Ее губы приоткрылись для тихого стона.

Это был идеальный звук, более совершенный, чем любая мелодия, которую Киара когда-либо создавала на своем пианино, и она создала некоторые из самых красивых мелодий, которые я когда-либо слышал.

Проведя большим пальцем по ее клитору, я легко коснулся горячей плоти, покрытой соками. Другой рукой я обхватил ее грудь и провел большим пальцем по затвердевшему бугорку. Она вскрикнула и сжалась вокруг меня.

Мои глаза закатились, когда я боролся за контроль. Я хотел двигаться сильнее, быстрее. Блядь.