К тебе через Туманы
Юная послушница храма смерти Ниори давно позабыла, что такое любовь и тепло близких. В её жизни был лишь плен и годы лишений.Вардиган Итан Бессон - жестокий правитель северных земель. Его интересует лишь власть. А любовь… Когда-то давно ведунья древнего племени предрекла, что не найдёт он свою избранную, хоть трижды обойдёт этот мир. И он смирился…Но одна случайная встреча, единственный взгляд меняет судьбу этих двоих.
Лучше пока помолчу, а потом сознаюсь, что я не совсем немая, просто вынуждена молчать. Женщина тем временем покрутилась на месте, поковырялась по полкам и спустя пару минут, передо мной лежала темная тонкая разделочная доска, ветошь и кусочек мела, непонятно что тут делающего.
-Вот теперь определимся с тобой. Я задаю вопросы, ты пишешь ответ, поняла?
Я тут же написала на доске емкое: «Да».
-Замечательно. Звать тебя как?
«Ниори»- я решила оставить имя, которым наградила меня Селестина, называть истинное данное мне при посвящении в храме я не видела смысла.
-Так, раньше работала поваром, швеей, прачкой или уборщицей?
Подумав пару секунд, честно написала, что только уборщицей.
- Готовить умеешь, шить, стирать?
На доске вывела постыдное: «Нет»."
"Женщина, подперев щеку, оценивающе на меня смотрела. А мне с каждой минутой ее молчания становилось не по себе. Вот сейчас выгонит меня и все.
- Это даже хорошо, что честно ответила, значит, будешь учиться. Даже если замуж быстро выскочишь, а ты долго осаду наших хлопцев не выдержишь, все одно работать будешь. Чего дома сидеть, кровать охранять.
Каира поднялась и вышла из-за стола, подойдя к доске, висящей над разделочным столом, что-то там изучала.
- Сегодня сделаем вареный картофель с печеной олениной на обед и похлебку пшеничную с овощами тушеными на ужин.
Я с опаской покосилась на два внушительных ведра с грязными круглыми овощами под столом. Ох, ты ж, мне же это за неделю не перечистить. Пока разглядывала свою предстоящую работу в ведрах, на кухню вошли еще четыре женщины. И началась суета. Они что-то быстро резали и складывали в большие глубокие тарелки. На печи уже стояла раскаленная большая сковорода, на которой скворчала яичница.
- Это завтрак для вардов наших. Ты про них что знаешь?
Я пожала плечами и, подумав, написала: «Моя подруга Селестина с гером Обертоном, он ей браслет надел», потом подумав, добавила: «Больше ничего не знаю».
- Это тоже хорошо, много тут россказней про хозяев наших.

















