Кабинет диковин

Услышав это, Клара Макфадден словно окаменела, а затем заговорила резким, язвительным голосом. Казалось, что ее слова рассекают застоялый воздух. Одним словом, упоминание о Ленге вернуло древнюю леди к жизни.

– Ленг? Почему вы вспомнили о Ленге?

– Мне интересно, знаете ли вы что-нибудь об этом человеке. И не сохранились ли у вас его письма?

– Мне, конечно, известно о Ленге, – произнес резкий голос. – Он убил моего отца.

Нора ошеломленно замолчала. Во всем, что она прочитала о Макфаддене, об убийстве не было ни слова.

– Простите?

Это было единственное, что она смогла произнести.

– О, я знаю – они говорят, что отец просто исчез. Но они ошибаются.

– Почему вы так решили?

– Почему? – Снова послышался шорох платья. – Позвольте мне вам сказать почему.

Мисс Макфадден снова включила свет и указала Норе на большую фотографию в старинной рамке. Это был изрядно выцветший портрет молодого человека в строгом, наглухо застегнутом костюме. Молодой человек улыбался, обнажив пару передних металлических зубов. Прикрывающая один глаз черная повязка придавала ему несколько злодейский вид.

Лоб у молодого человека был невысокий, а скулы выдающиеся – как у Клары.

Клара Макфадден начала говорить неестественно громким и злым голосом:

– Снимок был сделан вскоре после того, как отец вернулся с Борнео. Вы, конечно, понимаете – он был коллекционером. Еще совсем юношей он провел несколько лет в восточной Африке, что позволило ему создать внушительную коллекцию африканских млекопитающих и различных экспонатов, полученных от туземцев. Вернувшись в Нью-Йорк, он стал одним из кураторов музея, только что созданного его другом по лицею.

Теперь он называется Американский музей естественной истории. То были совсем иные времена, мисс Келли. Большая часть кураторов музея были состоятельными джентльменами наподобие моего отца. Они не имели систематической научной подготовки, и их можно назвать дилетантами в лучшем смысле этого слова. Отец всегда интересовался разными диковинами и всякими курьезами. Вы слышали, мисс Келли, о кабинетах диковин?

– Да, – ответила Нора, торопливо делая записи, чтобы зафиксировать все мельчайшие подробности рассказа.

Она уже жалела, что не захватила диктофон.

– В то время в Нью-Йорке их было довольно много. Но Музей естественной истории начал довольно быстро вытеснять их из бизнеса. Получилось так, что отец, как куратор, занимался приобретением для музея коллекций обанкротившихся кабинетов. Он активно переписывался с их владельцами: семейством Делакурта, Барнумом, братьями Кэдволедер. Одним из таких кабинетов владел Джон Кэнади Шоттам. – Старая леди налила себе еще одну ложечку лекарства.