Как Лыков не стал генералом

Выселите их обратно в Москву.

– Так они из Москвы?

Стрекозова отхлебнула чаю и долго жевала конфету, потом зыркнула глазами на Алексея:

– Да, оттуда. Их привозил один человек, по наружности купец. Которого вчера зарезали.

– Ты и это уже знаешь? Насчет Игната Корнетова?

– Знаю. Вот вы зачем прибыли… А гусары здесь при чем?

Коллежский асессор помялся, но решил говорить откровенно:

– Их командир великий князь Николай Николаевич Младший был в номерах Донато с одной из москвичек. А потом ее тоже зарезали.

– Каролину?

Алексей чуть не подпрыгнул:

– Ты с ней была знакома?

– Встречались год назад в «Знаменской». Она была со своим дусей, поручиком из Москвы.

– Вот как! – встрепенулся Лыков. – И перед смертью к ней забежал поручик, затеял скандал с великим князем. Не он ли это был? Как выглядел офицер, какого полка? Может, его называли по имени или фамилии?

Но старостиха лишь покачала головой:

– Офицер как офицер, ничего особенного. Чернявый, росту как вы, бесприметный какой-то. И называли его поручиком. А Каролине фамилия Жиу, она обрусевшая француженка.

Пропали мои десять рублей, понял Лыков.

Пока они ехали поездом в Царское Село, он продолжил расспрашивать Стешу. Та сообщила, что «гувернанток» в столице насчитывается до полусотни, они приезжают по весне на два-три месяца. Потом отбывают в Нижний Новгород на ярмарку, а затем возвращаются в Первопрестольную. У них у всех один хозяин, кто он – никому доподлинно неизвестно. Деньги этот человек должен загребать лопатой, потому как его девушки очень дороги, и отдают свою любовь исключительно богачам. В таком качестве они составляют сильную конкуренцию полковым гвардейским проституткам, ведь тем достаются только нижние чины и офицеры с тощим карманом. Но конфликтов не возникает, потому как дядя у них серьезный, и за ним стоят крупные уголовные заправилы. Зонтиками с москвичками подраться можно, а вот в полицию на них жаловаться ни-ни.

Алексей начал догадываться, что они с Благово напали на след целой шайки сутенеров, за которыми стоят московские и питерские «иваны». Проституция – очень доходное ремесло, тем более в Петербурге, где крутятся большие капиталы. Эксплуатация людских пороков всегда выгодна, особенно если есть масштаб. Пятьдесят шлюх легко затеряются в толпе из двадцати тысяч гулящих, кои насчитывает столица. Но им достаются сливки. Тонкий слой богатеев, куда полиции ходу нет. А если вдруг случится скандал, придет парень с поставленным ударом и утихомирит навсегда.

В Царском Селе сыщик со старостихой долго искали Лукерью Боголюбову и нашли ее в вокзальном буфете. Она распивала цимлянское в компании двух унтеров в красных фуражках. Степанида поманила ее пальчиком:

– Выдь ненадолго.