Калиновый мост
Уйдя со службы, Захар предпочитал быть наблюдателем, жить на отшибе у подножия гор, в доме, где веками обитали его предки, и по-доброму, снисходительно поддерживал веру селян в их семейную "силу". Он всегда готов помочь и выступить на защиту более слабого, но не стремился опять оказаться в гуще любых событий… пока к нему в дом не принесли бессознательную девушку.И внезапно оказалось, что Захар вновь готов рваться в бой, защищая ее жизнь и интересы от врагов, бывших когда-то и его противниками, теми, кто привык бить подло и исподтишка. Однажды он дал им возможность уйти от расплаты. Но теперь они пришли на его землю, в его горы и посягнули на то, что Захар готов отстаивать даже ценой своей жизни…
А как ее на полу увидел, сжавшуюся в комочек, в слезах всю — какофония ужаса за Лэлю, новой силы потребность уберечь, защитить, хоть и от себя самого! И собой же укрыть, присвоить и покорить — невыносимо по силе стало!
Мгновение — в голове, как ядерный взрыв, от разума одна пыль осталась… Набросился на ее рот, оголодавшим зверем впился в губы, сходу врываясь языком внутрь! Потому что пометить нужно, своей сделать… А поддаться этому безумному желанию и стремлению подмять ее под себя нельзя ни в коем случае. Слишком сильно испугалась его лэля, навряд ли, сама это понимает, а он уловил.
Захара же вина за это в ошметки рвет. Он-то понимает куда больше. Буквально на ощупь ее страх осязает, на вкус, горькой полынью по ее сладко-медовым губам, даже в придыхании, с которым имя его простонала, услышал. Нельзя давить… Потому что ему этот страх, как зубами, в сердце вгрызается, диким чудовищем плоть рвет.
Не хотел ее пугать! Ненавидел себя за то, что так вышло. Даже ради всего, что у самого внутри неожиданно заревело неистовым пламенем, не имел права.
— Тише-тише, ненаглядная моя девочка, — усилие, с которым оторвался от ее губ, все нутро в узел скрутило.
Дышит так, словно отмотал пять километров по плацу за десять минут. Гребанный марш-бросок…
А руки ослабить не выходит. Лешего за ногу! Уже на стену, на пол опрокинул, оказывается, подминая, накрывая собой. И когда, главное?! Не заметил!
Одна рука на ее затылке, под спиной Лэли, защищая от твердости бревен, вторая по телу шарит, пробравшись под свою же сорочку, что ей для поездки в город дал. Сам весь массивный, своим немалым весом между бедер девушки устроился, будто в колыбели. Пах как из камня.
Уже сорвался, не заметив! Когда успел?
Хотелось с неистовой, жадной силой большего! Дальше двинуться. И не только членом ворваться в эту мягкость, что под собой ощущал! Больше! В вены ее вгрызся бы, растекаясь кровью по телу Лэли, в спинной мозг себя вживил бы, становясь ее нервами, сплетая со своей плотью и кровью…
Плохо. Нельзя. Надо назад сдать. Не сегодня…
— Захар, не уходи…
Уперся коленями в пол так, словно в битое стекло по ощущениям, заставил себя приподняться. Она за ним потянулась, всхлипнув, уткнувшись в плечо Захара, как слепой котенок. Полное доверие… От этого во рту еще горше, в груди паршивей — не имеет права давить на нее! Никакого чертового оправдания, понимая, что использует ее привязку на себя, как на единственного, кто рядом и заботится о ней…
Подло.
Похожие книги
Мысленным взором
Испытание любовью
Наблюдатель
Штрафники против гитлеровского спецназа. Операция «Черный туман»
Секретарша генерального (СИ)
