Кануны

Когда я вернулся домой из военной части гражданской войны, я при помощи советской литературы, а главное, журнала „Красной деревни“ с приложением и журнала „Сам себе агроном“ я взялся улучшить свое хозяйство. В первый год после войны я приобрел деревянный плуг и деревянную борону с железными зубьями, в остальные шесть лет я приобрел сепаратор и пять ведер, соломорезку и веялку. В то же время приступил вести учет в своем хозяйстве и планомерную работу по хозяйству. Было предусмотрено при помощи агрономической культуры и приступлено к посеву клевера, к разработке целины и к улучшению луга путем вспахивания и к переходу на шестипольный севооборот и думал выйти из тех положений, как говорил журнал „Красной деревни“, чтобы земля мной не распоряжалась, а я распоряжался землей.

А что же вышло? В первые годы существования налогов платил 16 рублей, потом все более и более, а в 27 и 8 г. 35 рублей, 28—9 г. 80 рублей, и применили индивидуал и поставили кулаком, но потом отменили. В первых числах октября я поступил на работу в изыскательную партию, на изыскание железнодорожной линии Коноша — Вельск, проработал две недели. Начальник партии получил из волкома отношение об увольнении меня с работ, а потом подтверждение: как зажиточного крестьянина снять с работ, в противном случае будет возбуждено ходатайство перед вышестоящими органами. И с работы я был уволен. На заседании перед выборной кампанией я был намечен к лишению права голоса, но представители отстранили. И что же теперь со мной и с моим хозяйством получилось? О плане ведения хозяйства я забыл, о шестиполке не думаю и и проклинаю себя, что я распахал целину и приобрел сельхозмашины, которых решил продать и с ними вместе унижать хозяйство, к чему приступлено. Веялку продал, на соломорезку и сепаратор ищу покупателей, скота из 4-х коров и 3-х подтелков всего из 7 голов убавил 4-х, оставил 2 коровы и полутора лет подтелка, всех 3. В отношении заработка, раньше четыре года работал по перевозке почты и в то время работал на лесозаготовках, сейчас не думаю, а мечтаю о том, как существовать далее. Решаюсь переселиться в Сибирь, на что толкает невольно, потому что мало скота, мало навозу и не будет на пропитание хлеба. А посему осмеливаюсь спросить члена ЦИК, как мне жить далее и во всеуслышание обсудить, в чем я виноват и в чем прав. Т. Маурин»."

"Получив из губкома эту выписку, Ерохин не подумал как следует своей головой и распорядился восстановить мужика в правах. Теперь же, как раз за это распоряжение, его объявили самым отъявленным правым и самым злостным бухаринцем!

Он сильно ударил кулаком по бумаге, расшиб руку и, не чувствуя боли, вновь налил в стакан…

В поселке уже сновала свои сумерки августовская ночь.