Карт-Бланш для Синей Бороды

Но у меня осталось немного. Подождите, и я вам его предоставлю.

Он вышел, а я снова огляделась. В камине жарко пылал огонь – огненные змеи так и лизали чугунную решетку. Сильвани быстро вернулся и поставил на стол маленькую шкатулку – гораздо меньше той, что продал графу.

– Это всё? – спросила я. – Почему так мало?

– Остальное распродано, – изогнулся он передо мной, почище огненных змей. – С каждым годом спрос на это чудодейственное лекарство растет, а привозят его издалека и добывают с огромными трудностями. Но не волнуйтесь, этого вам хватит на год, а к тому времени я смогу раздобыть еще…

– Сколько? – спросила я, развязывая кошелек.

– С вас – только две золотые монеты. С любого другого я взял бы пять.

– Вы очень щедры, – похвалила я, выкладывая деньги на стол и забирая шкатулку.

Она была полна тех же самых коричневых кусочков, похожих на пиленый тростниковый сахар, и пахло от них сладковато-приторно. Теперь я понимала, что мне так не понравилось в этом запахе – так пахла смерть. Заманчиво, но страшно.

– Лучшего качества, можете не сомневаться, – продолжал нахваливать свой товар Сильвани.

– Не сомневаюсь, – сказала я и одним махом высыпала отраву в камин.

– Неожиданный ход, – сказал Сильвани, сразу отбросив всякую любезность.

В комнате запахло сладостью и тлением, этот запах вызывал тошноту. Я бросила шкатулку на пол и произнесла, стараясь говорить твёрдо, но все равно очень волновалась и запиналась на каждом слове:

– А теперь послушайте, господин, торгующий смертью. Если вы ещё хоть раз подойдете к моему мужу или ещё к кому-нибудь с предложением купить это дьявольское зелье…

Сильвани наблюдал за мной, насмешливо вскинув брови.

– При всем уважении, миледи, – перебил меня он, – это ваш муж обратился ко мне, чтобы я раздобыл для него средство, избавляющее от боли.

"– Вы слышали, что слышали! – я горячилась всё больше. – И лучше бы вам убраться из нашего города, если не хотите, чтобы я написала прошение королю, чтобы вас выпороли и выгнали вон, как чумную собаку!

– Какие громкие слова, – сказал он мягко, но ничуть не испугался. – Но что вы можете сделать, кроме как сотрясать воздух громкими словами?

В этот момент я возненавидела его так, что сама испугалась своих чувств.

– Вы продаете смерть за золото, – сказала я, стараясь держать себя в руках. – Это низко, это подло, и недостойно благородного человека.

– Если люди платят за смерть, значит, она этого стоит, – возразил он.

– Они не знают, что это – смерть!

– Тем хуже для них. Пусть глупцы платят… и умирают.

– Вы – жестоки, – еле выговорила я.

– Нет, вовсе нет, – покачал он головой. – Если бы я был жестоким, то сбросил бы вас сейчас с лестницы, дерзкая девчонка.