Категорически влюблен

Мама придерживалась педагогической установки «виноватый ребенок – послушный ребенок», так что у них дома Катя всегда была во всем виновата. В том, что весь класс отстранили от занятий, потому что половина ребят сбежали в парк аттракционов (надо было уговорить их остаться). В том, что лампочка в туалете перегорела (свет не выключила, вот и результат). В том, что автобус сломался, и она опоздала к репетитору (раньше надо было выходить).

Как-то так.

Захар вдруг наклонился и подхватил ее на руки.

– Подумал, что ты устала стоять, – пояснил он, опуская Катю на диван. Катя завозилась, устраиваясь удобнее, и отвела глаза. Разгладила шершавую обивку, щелчком отправила на пол какую-то мусоринку… Она не смотрела на Захара, но чувствовала на себе его внимательный изучающий взгляд.

– Знаешь, почему я в детстве так нервничал, когда ты умудрялась пораниться или упасть? – внезапно заговорил он. Катя отрицательно качнула головой. – Я до смерти боялся твою маму, потому что знал, что, если на тебе хоть царапинка будет, она мне шею одной рукой свернет, как цыпленку. Ты в курсе, что пацаны во дворе звали ее Брунгильда-разящий-молот?

Катя не сдержалась и хрюкнула.

– А пацана, который изводил тебя в детском саду помнишь? Как его там… Того, который постоянно показывал тебе на тихом часе свою пипиську.

– Паша Гудько?"

"– В общем, твоя мама сначала пыталась договориться по-хорошему с его мамой, потом с воспитателем и директором сада, но все без толку. Тогда она принесла в садик огромные садовые ножницы, подстерегла этого пацана в раздевалке и сказала, что отчикает ему краник, если он еще раз вытащит его из трусов в твоем присутствии.

– Чего-о-о? – недоверчиво закашлялась Катя. – Откуда ты?..

– Подслушал наших, пока они трепались на кухне, – довольно усмехнулся Захар. – Был, кстати, страшный скандал, потому что пацан после этого начал писаться в постель. Твою маму вызывали к директору, но она невозмутимо пожала плечами и сказала, что ей бы не пришлось прибегать к таким радикальным способам донести информацию, если бы они сами приняли необходимые меры.

Катя снова расплакалась. Только на этот раз от смеха! Боже, а она-то все не могла понять, чего этот Паша вдруг начал пялиться на нее с таким ужасом? А он, оказывается, боялся лишиться своих колокольчиков!

На душе у нее потеплело. Мама, конечно, не идеальная… Но до чего важно знать, что она никогда не даст свою дочку в обиду!

Катя и сама не заметила, как так вышло, что ее голова опустилась Захару на плечо. Он осторожно приобнял ее, и это было, как… надеть любимый свитер. Заварить какао с огромной порцией взбитых сливок и тертого шоколада. Или накрыться теплым пледом, пока на улице падает снег. Он, кстати, и правда падал.