Каждый любит как умеет

Таня не отбивалась, но все время уворачивалась, смеясь и шепча:

– Какой ты смелый, будто выпил… Постой, я тебе что-то скажу… Да погоди!

Она схватила его руку, которая пыталась оборвать пуговицы на ее белом пиджаке:

– Витя!

Он остановился. Глаза у него были мутные и бессмысленные. На него подействовало только то, что Таня повысила голос. Девушка мягко убрала его руку и заговорила – быстро-быстро, подобравшись к его уху. Он слушал – сперва невнимательно, считая, что девушка заговаривает ему зубы. Но потом заинтересовался. Наконец Таня шепнула:

– Ты согласен? Да?

– А я думал, что ты меня пошлешь, если я такое предложу, – грубовато ответил он.

От возбуждения на его лице проступили розовые пятна. – Почему ты вчера не разрешила себя проводить? Я, между прочим, все понял.

– Ну, что ты понял? – Таня быстро покрыла его поцелуями. Мужчина не видел ее глаз в этот миг. А они были сухими, брезгливыми и сосредоточенными. Наконец она отстранилась и поправила на груди пиджак: – Ничего ты не понял. Совсем. Я, правда, живу с мамой. Ну и какая там может быть встреча? Мне и так вчера влетело, что я выпила. Нет, если у тебя тоже встречаться нельзя – надо снять квартиру.

Она внимательно следила за его лицом. На этом лице отражались все тайные мысли, все страхи и сомнения. Она видела, что этот мужчина – немолодой, некрасивый и состоятельный – боится какого-то подвоха. Что он не верит ей – по крайней мере наполовину, а может, и совсем. Что нет никаких причин такой девушке, как она, бросаться в объятия такому, как он… Никаких причин, кроме денег. Эта мысль так ясно промелькнула в его глазах, что Таня поспешно сказала:

– Если не хочешь, не надо. Но больше встречаться негде.

Она встала и подчеркнуто отряхнула брюки. Повернулась на каблуках, помедлила секунду и произнесла громовую фразу:

– Я бы и сама сняла квартиру. Но это слишком большой расход.

Эти слова отрезвили мужчину. Он вскочил:

– Да погоди, я же ничего не сказал!

– Вот именно! – она поджала губы. Кончиками пальцев незаметно проверила – не перекосился ли парик? – Ты ничего не сказал, а должен был. Черт! И чего ради я пришла?

Она нервно открыла сумку и принялась копаться в поисках губной помады. Таня тянула время, как могла, видя, что он все еще колеблется.

«Козел, – она издала странный звук, похожий на всхлип. Мужчина вздрогнул. – Чего тебе еще надо? Чтоб я рыдала?»

– Ладно, – она достала помаду и взглянула в зеркальце. – Я тебя не задержу. Одну минутку…

– Тань, кончай, – он подошел и нерешительно потянул за ремешок сумки. – Не торопись. Это важное решение… Ты и в самом деле собираешься со мной встречаться?

– Уже не знаю… – она рванула ремешок к себе. – Дай мне уйти!

Но он не дал. Виктор обнял ее и забормотал какую-то беспомощную, трусливую чушь.