Каждый любит как умеет

Но ты, сука, запомни! Если меня возьмут – я покажу на тебя. Сразу, тварь!

– Вытри слюни, – у нее внутри все дрожало, но внешне она была спокойна. А у Шимелевича действительно в углах рта проступила слюна. Он нервно сглотнул, еще раз взглянул на пистолет и вышел в коридор.

Девушка слышала, как он отпирает замки. Потом лестница загудела от его шагов. Он тяжело сбегал вниз. В открытое окно донесся звук работающего мотора. Когда Таня выглянула наружу, машины уже не было. Она захлопнула окно и погасила свет. Некоторое время девушка сидела за кухонным столом, в темноте, положив руку на пистолет.

Сталь быстро нагрелась под рукой и казалась уже частью тела. Но машина не вернулась и больше никто не звонил в дверь.

«Я пьяна…» – Девушка встала и накрыла пистолет кухонным полотенцем. Прятать его уже не было сил. Она поплелась в спальню и легла. На этот раз девушка тщательно укрылась. Теперь все окна были закрыты, но ее слегка знобило. «Я пьяна или заболела… – Она закрыла глаза и уткнулась в подушку. – Смешно. Пришел угрожать. Маша, Маша. Ненавижу свое имя. Зачем я назвала его Толе? Зачем? Ах, да. Невеста!» Она сдавленно засмеялась.

«Толина официальная невеста. Да, на этот раз все было ужасно официально. Я чуть не вышла за Толю замуж. И все только затем, чтобы его убить. До такого я еще не доигрывалась… И чуть не доигралась. Смешно, все смешно. Или его звали не Толя? Да не все ли равно…» – мысли путались, сонные волны накатывали одна за другой. Ей стало немного теплее, и она расслабленно вытянулась в постели. «Да, Толя всерьез хотел на мне жениться. Почему он ненавидел жену? Какой дурак. Я так смеялась, мне просто плохо было. Особенно на кладбище. Толя так за меня взялся, что я назвала ему свое настоящее имя. И потом он видел мой паспорт. Я видела, как он лез ко мне в сумку и смотрел мой паспорт. Чего боялся, идиот? Что я замужем? Да плевала я на них! Уеду далеко-далеко… Все брошу. Все забуду…»

Огромная, тяжелая волна накрыла ее и повлекла за собой. У нее больше не было тела, не было ни лица, не имени. «Меня уносит!» – поняла девушка и счастливо засмеялась. Услышала свой смех откуда-то издалека. Жутковатый смех – кто-то смеется в темной комнате, в полной тишине. И она уснула.

***Клиента она узнала издалека.

Не понадобилась даже его фотография. На всем Покровском бульваре вряд ли нашелся бы еще один такой же ослепительный блондин. Таня неторопливо приближалась к скамейке, где расположился этот парень, и разглядывала его. «Наверное, обесцвеченный. – Ей не верилось, что в природе может существовать такой цвет волос. – Интересно, он накрашен или нет? Хорошо, если нет. Иначе е-го мамаша с трудом поверит, что он накрасился на свидание с девушкой».

– Привет, – она поставила сумку на скамью и улыбнулась.