Проблема для некроманта

Запустила пальцы ему в волосы, перебирая шелковистые пряди, его руки прошлись у меня по спине, спустились ниже. А Винсент, словно издеваясь, оторвался от моих губ, начал выцеловывать шею.

– Не надо, – выдохнула я, запрокидывая голову. Хотелось потереться о него всем телом, а потом взобраться на колени вместо того, чтобы сидеть между ними, и… Тем более, что его желание тоже было очевидно.

Винсент замер, и я разочарованно застонала. Заглянул мне в лицо – кто знает, что он там увидел, я вовсе не могла ничего разобрать, утонув в его глазах, которые сейчас казались черными.

– Нет? – переспросил он, и я едва не захныкала, когда его руки выпустили мои бедра.

– Еще немного, и я сама на тебя наброшусь, – призналась я. Никогда в здравом уме я бы не сказала ничего подобного мужчине, но терять в самом деле было уже нечего. Что бы он про меня ни подумал, это будет похоронено… в прямом смысле похоронено, не только в глубине души. И именно страх сейчас придавал столько остроты вожделению.

Винсент тихонько рассмеялся.

– Заманчиво, но тогда я точно упущу щит. А теперь мне, как никогда, хочется жить. Хотя бы для того, чтобы показать тебе, на что я способен, когда не отвлекают досадные помехи.

– Непременно покажешь, – я улыбнулась, прижимаясь щекой к его щеке, замерла так, пытаясь успокоиться. Поди тут успокойся, когда на его виске, которого я касаюсь своим, бешено бьется жилка – так же бешено, как и мое сердце. Когда его дыхание такое же неровное, как и мое.

Его руки снова прошлись у меня по спине, заставив изогнуться.

– Не буду же я оставлять даму разочарованной, – промурлыкал Винсент.

– Но…

– Тшш… – Он поцеловал меня, пришлось надолго замолчать.

Когда Винсент, наконец, оторвался от моих губ, позволив вздохнуть, меня трясло, а внизу живота было так горячо, что, казалось, обрушься на нас камни – расплавятся в лаве желания. – Вот так будет лучше…

Он чуть повернул меня, устроил боком, продолжая обнимать одной рукой. Вторая нырнула под юбку, и, когда его пальцы невесомо прошлись по коже бедер, я не удержалась от стона. Потянулась, раскрываясь навстречу, а он, точно дразня, касался где угодно, только не там, где так мучительно ныло.

– Издеваешься? – выдохнула я.

– Немного. – Его смешок казался осязаемым, словно бархатом скользнул по коже, заставляя покрыться мурашками.

 – Кто бы мог представить, что в этакой колючке прячется… – Пальцы, наконец, добрались до нужного места, губы накрыли мои, заглушая стон. – …такая страстная женщина.

Да я бы сама не могла представить. Особенно с учетом всех обстоятельств. Тут о душе пора думать и молитвы вспоминать, а не… Но мысль промелькнула и сгорела в переполнявшем меня желании.

– Может, это ты… твои… – пролепетала я, связно говорить не получалось вовсе.