Хэриб. Чужестранка для шейха

Рукой рядом я нащупала вместо сына пустоту, ещё тёплую постель, а в темноте купе увидела, что его спящего держит на руках какой-то мужчина.

Крик застрял в горле в момент, когда к моему рту прижалась тряпка с едким запахом и меня толкнуло в тяжёлую темноту.

* * *Очнувшись, я была полностью дезориентирована. Боль в затылке, но не от удара, скорее от того наркотического вещества, которое меня вынудили вдохнуть, головокружение и тошнота.

Попытавшись пошевелиться, я поняла, что мои руки связаны за спиной и прикреплены к чему-то. Судя по всему, к спинке стула. Как и ноги.

Повязка на глазах не давала увидеть, где я нахожусь.

Я была в ужасе. Бешеный пульс отдавался в ушах, дыхание сбивалось. Мысли о том, где Петя и что с ним, в чьи руки мы попали и что будет дальше, налезали друг на дружку, и казалось, будто моя голова сейчас лопнет.

Я попыталась взять над собой контроль, выровнять дыхание хотя бы немного. Сконцентрироваться на тех чувствах, что были мне доступны.

Запах. Не резкий, не затхлый. Значит, не подвал.

Звуки. Тихо.

Тепло.

Но вдруг я поняла, что в комнате не одна. Будто кожей ощутила на себе чей-то взгляд.

– Где мой сын? – спросила я насколько смогла твёрдо, но горло засаднило, словно обожжённое. – Что с ним?"

"– С ним всё хорошо, – ответил до боли знакомый голос, только теперь в нём сквозила не нежность, а сталь и презрение. – И он там, где должен быть.

– Нафиз… – выдохнула я, и голос сел окончательно.

– Для тебя мой господин, Хэриб. Ты утратила право называть меня по имени.

– Прошу тебя… – прошептала я, потому что говорить больше не получалось.

– И это право ты тоже утратила, – в его голосе не было и оттенка былого бархата. Со мной в комнате будто находился совершенно другой человек. Но… это был он. – Ты меня предала, Хэриб, а я предательства не прощаю.

Столько чувств, которые я годами держала под контролем, столько воспоминаний, вспыхнули болью. Повязка на глазах стала влажной от слёз.

– У меня были причины, Наф… мой господин. Были. Мне тоже было очень больно, но выбора не было.

– Выбор есть всегда.

– Разве? Ты мне его оставил, когда опоил и увёз в свою страну без спроса?

Я замолчала и прикусила щёку изнутри, осознавая, что перехожу черту. Особенно в нынешней ситуации. Вызвать его гнев – не самое лучшее решение.

Но в груди так клокотало, так болело. Было так страшно!

Я успела лишь вдохнуть, когда услышала его шаги. Вздрогнула, когда он ухватил меня за подбородок и сжал его. Сдёрнул повязку, которая больно зацепила волосы, и посмотрел в глаза.

Сначала я зажмурилась от яркого света, но потом прикипела взглядом к лицу Нафиза.

Это был уже совсем не тот мужчина, которым я его помнила. Не мой нежный принц из восточной сказки.

Он изменился.

Сильно.