Хмель свободы

– Надо только, шоб хлопци за это проголосовали! Я – не власть!

– За це проголосуют, батько!

К управе подлетела тачанка со Степаном на переднем сиденье и с Трохимом Бойко и Сашком Кляйном позади. Лошади были взмылены.

Бойко торопливо прошел внутрь управы, следом спешил Кляйн.

Следом, почуяв какие-то новости, в кабинет Нестора потянулись еще человек семь его командиров.

Бойко уселся на свободный стул. Рядом с ним – Кляйн. Он положил на стол перед Махно газету с крупным готическим заголовком «Берлинер тагеблад».

– И шо? – спросил Махно.

– Перемирие. Може, даже с нашей легкой руки. Те пленни, шо мы тогда отпустили, наверное, сказали шось кайзеру. Кайзер подумал, ну и… – объяснял Кляйн. – Словом, капитуляция… Война кончилась. От написано: «Немецки войска обязуются в ближайшие дни покинуть оккупированные территории»…

Хлопцы застыли у двери, вслушивались.

– Так они тебе и пойдут с Украины. – Махно вглядывался в газету, в неясные снимки. – От ты, Кляйн, немец! Скажи, ты добровольно откажешься от доброго шматка сала?

– Я не откажусь, – сказал Кляйн. – Но им придется… Вы ж сами убедились, чужие солдаты у нас воевать не хотят.

– Ну, хорошо. Немцы, допустим, уйдут! – сжал губы Махно. – А гетьман со своим войском? Со своей вартой? Шо он будет делать?

– Тикать, – усмехнулся Щусь. – Он без германа як козак без штанов.

– Це ж настояща воля, хлопци! – усаживаясь за стол и закуривая, радовался Лепетченко. – Довго ждалы, все ж таки вона пришла!

– Не танцуй, Сашко, гармошка ще не грае, – насмешливо сказал Махно. – Герман уйдет, хто-то другой придет. Хлеб да сало – его спокон века на всех не хватает… А через нас, между прочим, на Крым дорога…

– А хто прийдет? Большевики! Больше некому! – прикинул Щусь. – Мы з имы як-то столкуемся!"

"– Может, большевики, а может, какой другой батько придет. Чи мамка. Он Маруська Никифорова со своей бандой тут ошивается, – сощурил глаз Нестор. – Их чертова уйма сейчас всяких разных розвелось!..

– Скинем! – тряхнул чубом красавец Щусь. – Германа скинули. И других тоже покидаем в Днепро. Воды там хватит…

– Больно вы осмелели! – неожиданно вскипел Махно. – Насмалили тут, гергочете!.. – Он вскочил, рявкнул: – А ну вон отсюда! Дайте поработать!..

Наступила тишина. Хлопцы один за другим понуро вышли во двор. В комнате остались лишь Юрко Черниговский – за спиной Нестора, как телохранитель, и Тимош Лашкевич.

Хлопцы во дворе снова закурили, приходя в себя от вспышки Нестора.

– От тебе й на! Сам же говорыв: анархия – це когда все коллективне, без всякой власти… – вздохнул Лепетченко. – А сам…

– Може, снова Настю вспомныв? – шепотом предположил Калашник.

– Известно, мужик! – поддержал его Каретников. – Нельзя мужику без бабы. Кровь киснет.