Развод. Дракон, мы (не) твои

Каждое утро отправлялась в лес, где между вековых дубов и стройных берёзок находила целебные растения: душистую мяту, золотистую пижму, нежные соцветия ромашки.

После обеда сушила травы, развешивая их пучками под потолком кухни. Затем варила отвары и готовила целебные эликсиры.

Эмма, с радостью присматривала за Конором, пока я занималась своими делами.

Деревенские жители тоже обрадовались моему появлению. Однако с деньгами оказалось туго: взамен на снадобья мне приносили продукты. Так, в нашем доме появились овощи, хлеб, молоко и мясо. А я обрадовалась тому, что отпала необходимость их покупать.

Возвращаясь из леса по протоптанной тропинке, я на миг останавливаюсь. Кажется, за мной следят. В подтверждение моим мыслям неподалёку раздаётся хруст, словно кто-то наступил на сухую ветку.

Неужели ищейки Рейнольда? Сердце замедляет свой бег.

Только не сейчас!"

"Облегчённо выдыхаю, когда из-за старого дуба выходит Генри.

— Мария, могу я помочь? — староста решительно шагает ко мне.

Его загорелые руки тянутся к моей плетёной корзине, но я легонько отвожу её в сторону.

— Спасибо, мне не тяжело, — настороженно отвечаю ему.

Для меня непривычно подобное внимание, Генри. Тем более, корзина весит не так много. Я вполне способна донести её сама.

— Нам нужно поговорить, — его добродушное лицо вмиг становится серьёзным.

— О чём? — с лёгким беспокойством спрашиваю я.

Генри глубоко вздыхает, словно собираясь с мыслями. А я, кажется, уже догадываюсь, о чём пойдёт речь.

— Не стану скрывать, Мария, ты мне нравишься, — он делает шаг в мою сторону, — Вот я и подумал, что мы бы могли жить вместе, как большая семья. Что скажешь?

— Прости, Генри, но нет, — качаю головой, — Я приехала сюда не за этим.

Его предложение совершенно неуместно, поэтому я не собираюсь соглашаться. Лучше уж буду честна с ним.

— Мальчишки уже привыкли друг к другу, — продолжает он, не сдаваясь, — Я один уже пять лет, а тут появилась ты. Словно лучик света осветила мои серые дни…

Голубые глаза Генри смотрят на меня с такой надеждой, что мне становится неловко. Староста, действительно, хороший человек. Он заслуживает счастья, но не со мной, ведь я не испытываю к нему абсолютно никаких чувств.

— Генри, пожалуйста, не будем больше поднимать эту тему, — крепко сжимая ручку корзины, я ускоряю шаг.

— Я понял тебя, Мария, — его широкие плечи заметно опускаются, — Извини, если что не так, — доносится мне вслед.

Генри так и остаётся стоять на опушке леса, огорчённый моим отказом. А я спешу во двор, где под неусыпным контролем Эммы, резвятся мальчишки.

— Конор, пойдём домой! — зову сына, прикрывая за собой калитку.

Малыш тут же подбегает ко мне. Его карие глаза сияют от восторга.