Холодное золото
Романы о настоящих героях своей эпохи – сотрудниках советской милиции, людях, для которых служебный подвиг – обыденное дело.1972 год. Москву всколыхнула серия жестоких убийств работников искусства: знаменитой певицы, известного дирижера и популярного артиста. У каждой из жертв грабители похитили уникальные коллекции – драгоценности, редкие книги, монеты…Следствие поручено капитану МУРа Ивану Егорову. Он сразу же выделяет схожие черты всех трех преступлений. Все убитые – деятели культуры, все убиты в своих квартирах одним и тем же способом: жертвам сломали шейные позвонки. А вскоре Егоров выясняет, что было у этих людей и общее увлечение, ставшее для них роковым… Сыщик без промедления решает использовать шанс задержать опасного убийцу…Это было совсем недавно. Когда честь и беззаветная преданность опасной профессии были главными и обязательными качествами советских милиционеров…
Как все невысокие люди плотного сложения, тот бегал не слишком быстро. Егоров хорошо видел фигуру «массажиста», которая мелькала впереди среди стволов. Он в любой момент мог подстрелить его, но пока не собирался этого делать. Он крикнул:
– Сиротинин, стой! Все равно не скроешься! Стой, а то буду стрелять!
И он действительно выстрелил – но значительно выше головы беглеца. Однако этот выстрел имел результат: беглец резко дернулся в сторону, споткнулся о корень и упал. Егоров в три прыжка настиг его и ударил ногой по руке, державшей обрез. Да, вот из чего отстреливался беглец – у него был обрез из охотничьего ружья.
Тут подоспели остальные, и всякое сопротивление беглеца было подавлено. Через минуту на его руках защелкнулись наручники. Беглеца подняли и поставили на ноги.
– Гражданин Сиротинин, вы арестованы по подозрению в совершении нескольких убийств, – сказал ему Егоров. – Это вам понятно?
– Все мне понятно, – глухо произнес задержанный и взглянул на своего врага. Еще никогда Егорову не доводилось видеть во взгляде человека такой ненависти.
– Ведите его к машине, – приказал Егоров оперативникам.
– С ним вообще-то неважно, – ответил Храпченко. – Он ранен в грудь, потерял много крови и находится без сознания.
– Тогда кладите его в одну из наших машин и скорее везите во Фрязино, в больницу, – распорядился Егоров. – Давай, Сергей, ты с ним поедешь. Давай, не жди нас! Надо, чтобы он как можно скорее оказался на операционном столе!
Храпченко ушел, а Егоров обратился к сержантам.
– Ты, Василий, и ты, – он обратился к еще одному сержанту, чье имя так и не узнал, – сажайте этого гада в другую машину.
Осмотр сторожки и новой машины Сиротинина продолжался больше часа и дал богатые результаты – богатые в прямом смысле слова. В чемоданах, стоявших вдоль стен сторожки, а также в багажнике машины оперативники нашли коробки с украшениями из коллекции певицы Леонидовой, несколько редких книг из собрания Бориса Соколова и редкие монеты, принадлежавшие дирижеру Воскресенскому.
Только под утро эта работа была закончена. Егоров сел в машину, на которой везли арестованного, а еще один оперативник погрузил найденные ценности в «Волгу», стоявшую возле сторожки, и сел за ее руль.











