Хозяйка королевской таверны

Мы стояли у окна, ждали, пока серебряных дел мастер выбьет на заранее заготовленной серебряной табличке имя и прозвище, которое теперь стало чем-то вроде моей официальной фамилии. Судя по частым ударам молоточка, доносящимся из соседнего зала, дело у мастера спорилось. Видимо, медлить с исполнениями приказов Ричарда Львиное Сердце было себе дороже.

– Насчет обеда – не вопрос, – сказала я.

– Не… вопрос… – Гай Гисборн с запинкой произнес непривычный оборот речи. – Постараюсь запомнить, интересное выражение. Ну и отлично. Я тогда тебя сам в таверну отвезу. Ради твоего обеда не грех прокатиться…

…Наверно, мы эпично смотрелись на улицах Лондона: закованный в доспехи рыцарь на мощном коне, и я сижу сзади, обхватив его за торс, в своем красивом выходном платье, полы которого развеваются по ветру. Во всяком случае, люди оборачивались. Многие кланялись, снимая шляпы.

Приятно…

Я прям даже немного загордилась, глотая слезы радости. Все-таки, когда происходит такой резкий переход от страха смерти, смотрящей тебе прямо в лицо, к одобрению твоих проектов самим королем, – это стресс, и нешуточный. Меня до сих пор слегка потрясывало от пережитого – но понимание, что все страшное позади, заставляло улыбаться сквозь слезы."

"…Милдрет, когда меня увидела в сопровождении рыцаря, схватилась за сердце. Я подбежала к ней, обняла.

– Ну что ты, что ты, не бойся. Все хорошо. Я живая, казнить меня никто не собирается.

Милдрет в ответ разрыдалась. Я – тоже.

– Ну, это надолго, – пробурчал у меня за спиной Гай Гисборн, усаживаясь за стол. – Может, хоть эля поднесете, а потом поплачете? А то я целый день мотаюсь туда-сюда, в горле пересохло, как в Карапинарской пустыне.

– Конечно, конечно, – засуетилась я, утерев слезы рукавом. – Милдрет, представляешь, сэр Гай меня практически спас от смерти!

– Да брось, – махнул рукой рыцарь. – Ты сама себя спасла. Я так, пару рекомендаций дал…

– Сэр? – всхлипнув, удивилась Милдрет. – Что ж вы сразу не сказали, что из благородных? Мы бы вам и обслуживание сделали соответствующее.

– Пустяки, – поморщился сэр Гай. – Не люблю я все это чинопочитание. Мне привычнее жить и питаться в походе, среди своих людей, которые мне как братья. Или вот так, по-простому, в одной таверне с обычными жителями Лондона.

Проглотив слезы, мы быстро накормили рыцаря до отвала самыми лучшими блюдами, какие нашлись в таверне. Милдрет по случаю моего ареста со страху ее закрыла, так что сэр Гай получил самое лучшее персональное обслуживание из возможных.

– Уфф, благодарю, – сказал он, вылезая из-за стола и надевая шлем. – Поеду-ка я к себе домой отсыпаться – на сегодня, чувствую, моя служба короне окончена.