Хозяйка Севера

В том смысле, что после тяжелого дня или сложной недели мы с Аркашей чаще оставались на диване с пиццей смотреть какое-нибудь тупое кино, а не неслись срочно в кровать заниматься аэробикой...

«Может, поэтому и развелись?» — ядовито хмыкнул внутренний голос.

Но мне казалось, что в этом плане Аркадия всегда всё устраивало, и потом... я всегда стелилась перед ним как только могла. Если бы он хотя бы движение в этом плане сделал в мою сторону... но движения-то никакого не было.

«Да, если вспоминать то, что ты здесь вытворяла с Германом, то в браке с Аркадием, действительно, никакого движения не было», — хмыкнул мой внутренний голос, подчеркнув интонацией последнюю часть фразы.

Я зевнула и потерла лицо руками.

Сущая правда. До этого момента я и не знала, что можно так заниматься сексом... или мы всё-таки занимались любовью?

Хм, сложный вопрос.

Я всегда думала, что секс — это что-то отстранённое, сугубо плотское, а любовь — это телесное выражение душевных чувств... Но я ведь не люблю Германа — тогда какое же это занятие любовью?

Уравнение с двумя неизвестными."

"Одно понятно — я впервые в процессе « потеряла» своё тело . Это, как бы, неоспоримый факт... Так вообще бывает?

«Бывает», — противно хмыкнул мой внутренний голос.

Ну да, бывает... бывает, что можно прожить на земле четверть века, успеть даже замуж сходить — и впервые узнать, что оргазм — это не то приятное ощущение, которое у меня бывало с мужем во время близости, а значительно больше, значительно сильнее, значительно крышесрываемей...

— Да, Наташка, в этом ты, конечно, настоящая лохушка, — хмыкнула я про себя вслух.

Хотя я сама не была сейчас уверена в своих мыслях.

В том смысле, что, возможно, существуют несколько видов оргазма — и тот, который с Германом, просто побольше и помощнее... Может ведь такое быть? Или я просто сама себя обманываю?

Впрочем, какая разница... Аркаша всё равно уже прошлое, которого не вернешь. И вообще, лучше бы побыстрее забыть все эти мысли, чтобы ещё не опозориться и перед Германом — потому что кое-кто умеет читать мои мысли лучше меня самой.

Подумав об этом, я насмешливо хмыкнула — ага, конечно, как будто до этого мне удавалось что-нибудь от него утаить — и снова осмотрела комнату.

Интересно всё-таки, сколько времени я здесь провела ?

И где Герман?

Нет, не то, чтобы мне прямо сейчас нужно было его увидеть. Пожалуй, даже хорошо, что сейчас его нет рядом.

Но, всё-таки, он где?

Я выбралась из кровати, чувствуя себя максимально... нет, не странно — по другому.

Другой.

Окно в комнате, по традиции, было ничем не занавешено — тюль и даже шторы имелись, но только по бокам от окна, за окном было довольно темно, но это не мешало мне обнажённой подойти к окну и посмотреть вдаль.