Сестры Ингерд

Когда трапеза закончилась, и мужчины удалились в другую комнату, чтобы выпить перед сном какого-то вина, Анна, наконец-то, набравшись храбрости, глянула мне в глаза и подозрительно спросила:

-- Осуждаете? Осуждаете меня?

-- Не осуждаю, скорее рада за графа. Иоган хороший человек и заслужил немножечко счастья.

Похоже, возникшие между ними отношения очень тревожили баронессу. Конечно, она взрослая женщина и не связана брачными узами. Но то, что о ней будут сплетничать и полоскать ее имя в грязи, не могло ее не тревожить. Понимая, как нелегко ей было принять решение и ответить на чувства графа, я мягко погладила по сжатой в кулачок кисти и повторила:

-- Я правда рада за графа, баронесса де Мюррей. Я только боюсь злых языков: они способны доставить вам неприятные минуты.

-- А я не боюсь! – с каким-то даже вызовом ответила Анна. – Родители мои умерли, дальняя родня живет так далеко, что мы почти не знаемся. Так что я сама себе хозяйка, и никто мне не указ! Просто я ожидала…

Я понимала ее сомнение. Ангела – моя сестра, и по идее, я должна бы осудить и графа, и баронессу. Только вот делать этого мне совершенно не хотелось. Именно это я и сказала все еще чуть настороженной Анне:

-- Я не желаю зла своей сестре, но ее судьбы мне давно и глубоко безразлична. Она много раз пользовалась мной и подставляла меня. Гораздо больше, чем любой чужой человек. И если бы у меня был хоть какой-то выбор, я бы официально отреклась от родства с ней. Так что вам, дорогая баронесса, не стоит ожидать от меня плевка в спину.

Думаю, она мне поверила, потому что дальнейшая наша беседа протекала гораздо легче и спокойнее. Кроме того, Анна находилась в графском доме на особом положении. С одной стороны – титулованная дворянка, с другой – нищая вдова. Она не могла себе позволить дружить с прислугой, но и графские гости воспринимали ее скорее как прислугу, нежели как ровню. Думаю, что у нее не было ни одного близкого человека, с кем можно поговорить на равных. А это всегда тяжело. Так что, когда Анна успокоилась и перестала ожидать от меня завуалированных гадостей, она довольно легко заговорила о графе.

-- …а он совершенно удивительный! Может, со стороны и выглядит грозным, а только я добрее человека не встречала. И госпожа Жанна, покойница, - она перекрестилась и прошептала коротенькую молитву, – она ведь всегда ко мне добра была. Иоган ведь граф! А никогда передо мной нос не задирал и богатством не кичился. Всегда со всем почтением. И графиня, светлая ей память, такая же точно была. Как же мне ее не хватает…

В целом вечер хоть и начался несколько напряженно, но закончился достаточно мирно. Даже Рольф, которого в первое мгновение явно удивило присутствие за столом гувернантки, вернулся после беседы с бароном гораздо более спокойным.