Сестры Ингерд

Пока граф, покопавшись под кружевным воротником, не вытащил толстую цепь, на которой поблескивала приличных размеров серебряная с чернью бляха:

– Вот, баронетта, посмотрите сами. Это и есть моя матушка, вдовствующая графиня Паткуль.

Серебряная блямба оказалась овальным медальоном, довольно крупным, сантиметров семь в длину. На медальоне была выписана миниатюра: портрет сухопарой, со слегка поджатыми губами женщины. Благородная седина волос пряталась под кружевным чепцом. Черный траурный наряд, наглухо закрытый, оторочен единственной узкой полоской кружева по вороту.

Женщину даже не портил длинноватый орлиный нос. Пожалуй, живописец изрядно польстил ей, убрав большую часть морщин. Может быть, из-за этого, а может быть, и по другой причине, ее лицо казалось застывшим и неживым.  Я вернула графу Паткулю медальон, вежливо сказав:

-- Думаю, в молодости ваша матушка была очень красива.

-- Ну еще бы! Чтобы на ней жениться, отцу пришлось выиграть турнир! – с гордостью ответил он. Потом на секунду замолчал, окинув меня очень внимательным взглядом. – А вы вовсе не глупы, баронетта Ингерд.

Кто его знает, с чего он сделал такой вывод. Но еще некоторое время порассуждав вслух, граф протянул мне руку открытой ладонью кверху. Не сообразив сразу, чего он хочет, я на мгновение замерла и тут же получила тычок между лопатками от сестры-монашки.

-- Подай графу руку, дитя, – почти прошипела мне старуха на ухо, продолжая постукивать твердым пальцем по спине.

Вложила свою кисть в слегка влажную лапищу графа, и через мгновение на пальце у меня появилось кольцо. Я с удивлением рассматривала массивный перстень с несколькими камнями темного цвета и машинально думала: «Вот и кончилась моя жизнь… Неужели это все?!».

***

Совершенно не помню, как я пересекла зал и оказалась в центре своей группы. Кто-то из девушек уже держал мою руку, кто-то попытался вырвать ее у подруги. На меня саму внимания не обращали, но все дружно и жадно рассматривали перстень, поворачивая мою кисть к свету так, как им было удобно. Я почувствовала себя куклой…

Наконец графиня де Роттерхан приказала:

-- Девушки, оставьте баронетту Ольгу в покое.

Поздравляю вас, будущая графиня, – продолжала она, внимательно глядя на меня. – Если вы будете умны, то брак ваш сложится удачно. Примите мой совет, баронетта Ольга: никаких споров с вдовствующей графиней.

Затем госпожа де Роттерхан кивнула монашке и произнесла:

-- Отведите баронетту Ингерд к мессиру Шапо.

Графиня еще раз шикнула на всполошенных девиц, а сестра-монахиня, крепко взяв меня за локоть, повела к тому самому старичку, который записывал будущие супружеские пары.