Хозяин волчьей стаи

Немного, на уровне инстинктов — не будь моя волчица сейчас особенно сильной, я может бы и не заменила… Но она не дала мне такой возможности, словно показывая самые отвратительные черты своей расы.

— Они невиноваты, — шепнул внутренний голос с рычащими нотками. — Они слышат Альфу и реагируют как его стая. Только и всего.

Я грустно усмехнулась. Только и всего. Собственный скалящийся брат. Пытающийся напасть и покусать — единственный мужчина, с которым я когда — либо спала… Невеселая правда.

— Вон! — закричал Баев, с частично трансформировавшимся лицом. Огромные клыки, светящиеся глаза… Повторный рык разнёсся по поляне.

 — Вон пошла.

В одно мгновение моя волчица жалобно заскулила, требуя у своей пары… внимания и ласки?

Я мысленно её одернула, но животное не сдавалась.

— Ты нужна ему. Сильно, — прохрипела она, кажется, ненавидя меня за то, что я не собираюсь больше поддаваться ни Баеву, ни его или своим животным инстинктам. — Ну, Настя, он же пара…

— Он оборотень, а я человек. — Отрезала я, повернувшись и пытаясь протиснуться сквозь рычащую толпу назад, в конец поля.

Удивительно, но моя волчица так же сейчас рычала… и вроде бы плакала.

А я …я была сильно напугана происходящим, чтобы оставаться на месте.

Дальнейшее происходило как в тумане. Сначала я металась по стоянке, безуспешно надеясь решить проблему транспорта. Ни одно такси не поедет в поместье, ни один оборотень не отвезёт меня в город без разрешения Баева.

— А он не разрешит, — хихикнула довольная волчица. — Ты его пара, а теперь ещё и снова немеченая пара.

Стиснув зубы, я ещё раз напомнила себе, что я человек. С человеческими ценностями и понятиями.

Волчица хихикала и глумилась над этим заявлением, напомнив мне, что я слышу своего зверя.

— Ты оборотень, детка. Сильная самочка, пара Альфы. Давай заставим его страдать, а потом пусть бросит к нашим ногам мир… а мы его простим."

"Я зажмурилась, припомнив всё то, что вытворял Баев с Кармелой.

Волчица согласно рыкнула.

— Кобббель… Надо проучить, помучить.

Но я, в отличие от своей волчицы, не хотела играть. Осев на землю, я снова и снова переживала то унижение, когда Баев по — хозяйски лапал другую женщину, перед этим так же интимно касаясь меня.

Неужели для него совсем не было разницы? Вспоминала его сильные и резкие движения во время секса с Кармелой, его победный рык — и сравнивала с нашими ночами.

Да, между нами всё происходило слабее и быстрее. Я не могла себя обманывать — значительно слабее, но ведь даже тогда мне было немного больно — я не могла полностью принять Баева, в то время как Кармела делала это не только гм… той самой частью, но ещё и ртом.

Слабая как волчица, неспособная как женщина…Я заплакала, уткнувшись носом в колени.