Храмовый раб

Мы пьем мало вина, а едим то, что родят наши поля и дает скот. Наши пашни плодородны, а пастбища обильны, но только когда боги дают нам дождь. Поэтому частенько мы обороняемся от врагов, тянущих руки к нашей земле.

Мы поклоняемся огню, ветру, воде и солнцу. Мы верим, что творец всего сущего Ахурамазда, который борется с Анхра-Майнью, злым демоном. Мы приносим жертвы огню на священных вершинах, и мы не признаем развратных богов Вавилона, как презираем и самих вавилонян, которые спят то с женщинами, то с мужчинами, славя своих богов. Я не могу понять, как может нравиться богу то, что мужика трахает в его честь другой мужик.

Тьфу.

— У вас есть пророк, или жрецы?

— Есть свой жрец в каждом племени, но никакого пророка у нас нет, и не было.

— Кто правит у вас? — снова спросил Макс.

— В каждом племени есть вождь. Мы не объединены вместе, и часто враждуем. Самый сильный воин может бросить вызов вождю и занять его место. Но такое почти не случается.

— Ну что ж, мой князь. Мне все стало понятно. Начнем с малого. Я научу тебя биться верхом на коне.

От неожиданности Ахемен остановился, чуть не порвав губы своему коню, который жалобно заржал, показывая хозяину, как он обижен.

— Ты в своем уме? Ты, который не держал в руках оружия, кого я неделю назад научил ездить на лошади, будешь учить меня биться? В твоей голове поселились демоны? Я с трех лет скачу на коне, а с десяти попадаю в цель на полном скаку. Чему ты можешь меня научить?

— Я же сказал, боги соединили нас вместе. Ты учишь меня, я учу тебя. А вместе мы становимся сильнее. Разве ты не жив? Разве не живы твои люди? Разве твой брат не угнал повозку серебра в родные горы? Верь мне, и все будет так, как предсказано.

Когда мы будем в Сузах?

Ахемен задумался. Уже не в первый раз безумные мысли этого наглого парня сбывались. Вот и сейчас он ехал рядом, как будто не понимая, что нанес тяжкое оскорбление воину, предложив научить его биться верхом.

— В Сузах мы будем через пару дней. Возьмем припасы, отдохнем и поедем на юг. Еще десять-двенадцать дней до Аншана, а потом домой. Говори, что ты задумал.

— Мой князь, в моих землях на конях бьются по-другому. Там закованные в доспехи воины с длинными копьями разгоняются на конях и проламывают строй пехоты.

Потом разбитую фалангу просто гоняют по полю и рубят. — Макс был тот еще военный теоретик, но исторические фильмы любил.

— Ты мерзкий лгун. Никто так не сможет воевать, потому что вылетит с коня.

— В этом вся суть. Смотри. Вы, персы и вавилоняне скачете на лошади, повязав ей на спину попону. Поэтому при прямом ударе копьем вы падаете. По этой же причине вы не можете нормально рубить пехоту. Нет опоры.

— Ну и что ты предлагаешь? — скептически спросил Ахемен.