Храмовый раб

— Если хороший бог, то это воплощение Ахурамазды, а если плохой- то воплощение злого демона Ангра-Майнью. Также и огонь, и земля, и вода, и ветер- все это воплощение бога. Пойми, нам нужно сделать так, чтобы люди точно знали, что хорошо, а что плохо. А когда ваши боги похожи на людей, то у них людские слабости. Они у вас тут и лгут, и предают. А раз богу можно, то обычному человеку почему нельзя?

— Да все и так знают, что хорошо, а что плохо.

— У всех свои понятия, что такое хорошо, а что такое плохо. Ты согласился бы, если твоя жена будет ходить в храм Иштар и отдаваться первому встречному?

— Да я бы ее просто зарезал за такое.

— А сам пойдешь в храм Иштар, чтобы трахнуть мужика во славу ее? — рискнул спросить Макс.

— Да я тебя сейчас зарежу!

А для любого жителя Суз, Урука или Аншана — это благо. Люди службу великой богине служат, отдавая свое семя.

— Мы Иштар не поклоняемся, — насупился Ахемен.

— А в Вавилоне поклоняются. И кого больше, вас или их? Представь, что твои воины тоже поклоняться начнут. Просто, чтобы и этот бог помог. Тогда их жены должны будут в храм Иштар ходить.

— Тьфу, — не выдержал Ахемен.

 — Что за напасть? Слушай, до знакомства с тобой моя жизнь куда проще была."

"— Слушай дальше. То есть быть храбрым, честным, верным, уважать родителей- значит делать угодное богу, а если ты лжешь, воруешь или предаешь, то делаешь угодное, наоборот, злому демону. Скажи мне, князь, хорошо, когда чья-то жена с другим мужиком спит?

— Да ты с ума сошел? Что же тут хорошего? — возмутился Ахемен.

— Ну вот, значит это деяние, которое понравится злому Ангра-Майнью. А потому Иштар- не богиня, а демон.

— Слушай, что-то такое мне и самому в голову приходило, но я так умно не сказал бы.

А ведь ребятам понравится. Они вообще не понимают, как у них тут бабы в храмах с чужими мужиками путаются. А их мужья еще и радуются, какие у них жены благочестивые. И мой тебе совет, когда будешь свою проповедь вести, не усложняй. Попроще говори, и люди потянутся.

— Я так и сделаю. Хорошее — плохое, свет — тьма, добро- зло. Только вот что, князь. Ты меня сразу на должность назначь. Я как воин- пустое место, зато знаю много. Давай я главным жрецом буду, а через меня будет сам Ахурамазда говорить?

Ошалевший Ахемен посмотрел на небо, потом на Макса и сказал:

— Слушай, если тебя за такие слова до заката молнией не убьет, будем считать, что великий бог тебя сам назначил.

Я в такие дела не полезу.

— Тогда пошли дальше, мы не закончили.

— Да что ж ты еще затеял? — изумился Ахемен.

— Чтобы сотню тяжелой конницы содержать — это много крестьян нужно. Дорого очень. Если захочешь еще воинов набрать — еще крестьяне нужны. Где возьмешь?

— Соседние племена покорим, данью обложим.

— Есть в моей стране такой обычай — воина кормят крестьяне.