Хроники Реликта. Том 2

Его смерть, вздумай ты запланировать операцию, ее воскресит?»

Ставр сжал зубы.

«Алсаддан, Еранцев и Шкурин приговорены, и не надо мне читать мораль, отговаривать, приводить примеры и пугать антиэтикой мести. Дело даже не в мести, а в той маленькой детали, которую вы упускаете из виду: перечисленные мною лидеры продолжают свою негативную деятельность! Сколько еще хороших людей, которые ни в чем не виноваты, они приговорят к смерти?»

Грехов оторвался от созерцания своей необычайно красивой структуры, глянул на Панкратова с насмешливо-мрачным интересом.

«Я никогда не упускал эту деталь из виду, эрм.

Но все же надо знать, когда стоит рисковать жизнью, даже своей. Пора сбрасывать личину индивера, ты нужен не только себе, но всем твоим друзьям и близким. Живой ты принесешь больше пользы. Или я ошибаюсь? Операцию надо готовить тщательней, по уровню-5 или шесть, только тогда она будет иметь шанс завершения в тех условиях, которые предложил нам Игрок».

Ставр, собравшийся уйти с «гордо поднятой головой», подумал и сел на диван в углу. Диего Вирт оглянулся на него с пониманием."

"«Габриэль, это я уговорил парня взять меня с собой.

Но они даже не маскируются, сволочи, работают внаглую! Знаешь, кто за мной гнался? Гуррах! Алсаддан и иже с ним считают, что могут теперь делать все, что вздумается. А этот его «охотничий домик» – крепость, рассчитанная на долговременную осаду! Пора брать этих деятелей за жабры».

«Мы все еще живы именно потому, что деятели «работают внаглую», – тихо вставил свой слоган Лабовиц. – С одной стороны, все наши близкие и мы сами находимся под ударом, с другой стороны, эта ситуация создает у помощников ФАГа ложную уверенность в абсолютной власти».

«Устами экзоморфа…» – проворчал Грехов, и в это время в доме сработало метро. Гостем на сей раз оказался Пауль Герцог, в душе которого шел тоскливый дождь и свистел ледяной ветер. Ставр чувствовал его состояние остро и явственно, как никогда.

«Габриэль, я знаю все о файверах и трансляторах Игрока, а также о вашем влиянии на события. Почему вы не вмешаетесь? Неужели не видите, что творится?!»

«Вижу».

«Вероятно, вы тоже не все видите и знаете. Нагуали растут как грибы и уже весьма существенно мешают движению планет. В уп– равлении социумом царит полный беспредел, террор стал государственным, охота на интраморфов почти узаконена… Сколько можно терпеть?!»

«Сколько нужно.

Вы пришли от имени руководства «контр-3» или по собственной инициативе?»

Пауль словно погас, сгорбился, закрыл лицо руками, постоял и пошел к двери.

«Извините, Габриэль. У меня погибла жена… я сам не свой! Извините…»

«Подождите. – Грехов встал, подошел к Герцогу, обнял его за плечи. – Присядьте. Я знаю, что у вас еще остались кое-какие сомнения, и их надо разрешить».