След пираньи

Ничего страшного, быстренько перерубить ножом…

– Достань у меня нож из ножен, – сказал он Джен. – Руби леску… Да шевелись ты!

Она почти справилась, когда Мазур услышал тоненькое шипение. И похолодел. Крючки заточены и направлены на совесть, так, чтобы глубоко вошли в бок рыбе, проколов прочную кожу, – что для них тонкая резина?! До берега метров сто, должны успеть…

Он греб, как ошалелый, уже понимая, что ему не чудится, и катер довольно близко. Лодка состояла из нескольких изолированных отсеков, это давало лишний шанс, но все равно – тот, проколотый, уже наполнился водой и работал наподобие тормоза, хлипкое суденышко накренилось, а катер грохотал совсем близко… И над его надстройкой блеснул солнечный зайчик – бинокль!

Метрах в двадцати от лодки вода словно вскипела – картечь! Выстрел прозвучал сухим несерьезным хлопком.

Видимо, те, на катере, соображали быстро и сомнениями не мучились – увидев чужих в своей лодке, моментально схватились за ружья…

Второй выстрел – на сей раз из карабина, пуля вжикнула над головой.

Катер несся на полной скорости, вспенивая воду, задрав острый нос с золотой короной на синем, над плоской крышей надстройки чернели две фигуры, и некогда было меняться местами – лодка еще сильнее накренилась…

– Автомат! – рявкнул Мазур. – Пониже ватерлинии! Шевелись, мать твою!"

"Привстав – лодку качнуло так, что она едва не черпнула воду чисто символическим бортом – Джен сняла у него с шеи автомат, чуть ли не у самых глаз Мазура глушитель озарился тускло-желтыми вспышками… Она лупила длинными, и Мазур, загребая, как бешеный, видел, что на голубом корпусе катера потянулись черные строчки пробоин.

Люди на нем то ли увидели автомат, то ли не могли не почувствовать удары пуль в борта. Оба присели, прячась за надстройкой, катер заложил широкий вираж и метнулся к противоположному берегу – уже отяжелело, грузно, потеряв прежнюю резвость, вода струилась в пробоины…

О многом успеваешь передумать в доли секунды. Мазур, видя, что прямой опасности нет, что стрелять они больше не собираются, лихорадочно пытался прикинуть: сколько времени пройдет, прежде чем информация о них с Джен (или просто о «двух мужиках в камуфляже», если на катере не разглядели девушку) распространится настолько широко, что достигнет ушей погони? Предположим, в милицию люди с катера не побегут.

А если и побегут, ручаться можно, будут повествовать крайне уклончиво, упоминая лишь о «двух неизвестных». Или не двух, а, скажем, полудюжине беглых зэков, вовсе даже не в пятнистых бушлатах.