Снегурка для опера Морозова (СИ)
— Мальчик маленький, Дениска, — лепечу испуганно. — Здесь живет? — Дениска? Маленький? — Чуть не прыскает со смеха двухметровый мужик. — Дениска есть, но точно не маленький! — его глаза опасно прищуриваются. — Так себе игра твоя, Снегурка, проходи и просто раздевайся. Она - сирота, работающая детским аниматором, чтобы свести концы с концами. Он - опер со стажем, в жизни которого наступила черная полоса. Никто из них не ожидал, что одна дурацкая шутка может доставить столько проблем. Да еще и под Новый год!
— Тебя это так сильно расстраивает? — усмехаюсь.
— Раньше ревновал... — улыбается. — Карьерой рискнул. А сейчас не ёкает?
— А сейчас я поумнел. И жениться собираюсь.
— Ты и на мне собирался, — напоминает бывшая.
— Дурак был, думал у нас семья, — хмыкаю, засунув руки в карманы.
— А у нас что было? — бывшая вопросительно ведёт бровью.
— А мы просто иногда трахались, — равнодушно пожимаю плечами. Макс выводит Коновалова из спальни, толкает в сторону прихожей.
— Но ведь шикарно трахались, Денис, — смеётся бывшая.
— Я никогда и не говорил, что ты плохая любовница. Жены бы из тебя не вышло. Прощай.
Разворачиваюсь и ухожу.
— Это ещё почему? — заводится она.
Не вижу смысла отвечать. Не к месту продолжение этого разговора. Да и не нужен он мне. Я ей всё сказал и для себя всё решил. Не моя это больше женщина. Вон пусть Коновалов с ней мучается, если выживет.
— Денис! — бывшая невеста догоняет меня в прихожей. Парни уже вывели её мужика, и я шагнул одной ногой через порог. — Какого хрена ты опять уходишь от разговора? Почему из меня не вышло бы жены?
— Потому что холодно с тобой, уюта в доме нет. Понимаешь? Ты... как фарфоровая кукла. Красивая, но пустая. Из рук в руки легко переходишь.
— Козёл! — злобной коброй шипит она.
— Какой есть. Пора мне. Коновалова на завтрак не жди. На ужин он тоже вряд ли придёт. Доброй ночи, — склонив голову, ещё раз мажу по ней взглядом и, снова ничего в себе не отыскав, ухожу из квартиры.
Догоняю парней. Они спокойно курят у тачки.
— Как поговорили? — спрашивает Макс.
— Как всегда. Дай сигарету, у меня закончились, — выбрасываю пустую пачку в урну у подъезда.
Садимся в машину. Коновалову рот закрыли, чтобы не орал. Я о Насте думаю. Где там моя девочка сейчас? Страшно ей, наверное.
— Сука! — с локтя разбиваю подполковнику нос. Так хорошо сразу внутри становится. Правда, ненадолго...
Доезжаем с парнями за херову тучу времени назад до арестованных ангаров. Мы их используем иногда под свои, скажем так, нужды. Коновалов знает, начинает дёргаться активнее. Вытаскиваю его из машины. Шаман открывает замок и стучит ботинком по замёрзшей металлической двери. Она грохочет и всё же поддаётся. Входим внутрь. Закрываем за собой дверь, включаем свет и начинается самое интересное.
— Где Настя? — снова повторяю свой вопрос.
— Кхмхмк, — мычит подполковник.
— Да, точно, — ржу, выдёргивая кляп у него изо рта. Бросаю обслюнявленную тряпку под ноги, отшвыриваю в сторону носком ботинка. — Так что? Мне ещё раз спросить или сразу приступим ко второму акту нашего театрализованного представления?
— Ты долбоёб, Морозов?! Я же тебя уничтожу! Сгною на зоне. Знаешь, что зэки с ментами делают?!
— Кто ж тебе даст меня к зэкам посадить? — обхожу его по кругу и врезаюсь кулаком в солнечное сплетение.
















