Хвост для счастья не помеха

Когда мы подъехали на окраину села, где горел дом, от него уже мало что осталось. Вряд ли погорелец был огромных размеров, скорее всего не больше бедного крошки-соседа, но пламя от него взвивалось до небес. Наше появления осталось не замеченым, жители пытались потушить пламя, не дать ему возможность перекинуться на другие дома. Я заметила мечущуюся в панике Маринку, она пыталась перепрыгнуть через огонь, но обжигалась и отскакивала назад. Мейрика нигде не было. Даже к нитям не нужно прислушиваться, чтобы понять, куда этот смертник делся. С другой стороны, если я не чувствую ничего, не такой он и самоубийца. Другое дело, что с него Маринка шкуру спустит, когда из огня выберется.

Мысли метались в голове, а руки делали свое дело, под недовольное ворчание демона. Да и не лезла я в самое пекло, передавая ведра далеко от огня. Благо вода успела дойти до этого поселения и колодцы не были пусты.

Я не знаю, сколько это длилось и сколько вёдер воды пришлось передать. Время утратило свою важность. Лишь однажды я отвлеклась, когда из огня выскочил подпаленый лис, таща за толстую косу маленькую девчонку. Вряд ли сейчас ей было больно, судя по всему она успела наглотался дыма и потерять сознание.

Огонь уходил медленно, не желая отпускать свою жертву. Даже когда от дома остались одни головешки, он сражался, вспыхивая в уже затушенных местах. И все же наша помощь здесь больше не требовалась, а значит… Я сделала шаг в сторону.

— Ты еле на ногах стоишь, — нахмурившись заявил Рэйн.

Келеавин поступил проще. Он перегородил мне дорогу, сложив руки на груди.

— А она вообще не стоит, — упрямо заявила, смотря туда, где уже собралось достаточно народа.

— Алиса, давай ты немного отдохнёшь, а потом…

— И все это время Мейрик будет отгонять желающих помочь оборотней? — с усталой насмешкой перебила я любимого лиса.

Мейрик действительно никого не подпускал к девчонке, пытаясь закрыть собой ее и обернувшуюся голую Маринку, опустившуюся на колени около ребенка.

— Если отгоняет, значит так надо! — не выдержал уже демон. — И если ребенок ещё жив, то… — второй мой любимый запнулся, увидев мои сузившиеся глаза. «Подождет или выкарабкается сама» так и не сорвалось с его губ.

С тяжёлым вздохом демон отступил, позволяя мне пройти. Я понимала их беспокойство. Каждый раз, когда я просила Великого духа кого-нибудь вылечить, то загибалась от боли или теряла сознание. И если есть альтернатива, то мои шэсы стояли до последнего, отговаривая меня. Но там ребенок, а я… переживу.

При нашем приближении оборотни отступили, опустив головы и словно стыдясь того, что у них произошел пожар.

— Что происходит? — шепотом спросила Рэйна.

— Они не достойны малышки, — так же тихо отозвался муж. И видя мои округлившиеся глаза, принялся объяснять.