Кладбище домашних животных

Рубашка не застегнута, лицо бледное, волосы торчат в разные стороны, расстегнутая ширинка, и этот его взгляд… этот взгляд… Джад сделал паузу, чтобы закурить, потом, встряхнув рукой, погасил спичку и посмотрел на Луиса через туман плывущего синегодыма. И хотя история старика звучала конечно совершенно безумно, в глазах Джада не было лжи."

"– Знаешь, есть много историй и фильмов – не думаю, что они хоть чуть-чуть правдивы, о зомби с Гаити. В таких фильмах ожившие мертвецы ходят, волоча ноги, и их мертвые глаза смотрят вперед, а ходят они медленно, неуклюже. Так вот, Тимми Батермен напоминал их. Луис, он напоминал зомби из дешевых фильмов, но он не был зомби. Он казался чем-то большим. Что-то было у него в глазах, Луис. Не знаю, как объяснить то, что я хочу тебе рассказать. Не знаю, захочу ли я вспоминать его глаза, даже если окажусь в аду… Хитрость, вот что было в них. Словно разговаривая с Миссус Страттон, он и впрямь решил ночью заглянуть к ней. Что-то вселилось в него, Луис. И не думаю, чтоб оно было разумным и чересчур сильным.., а может, ничего такого и не было.., и Тимми Батермен изменился совсем по другой причине. Словно.., он постоянно слышал идущий откуда-то радиосигнал. Глядя на него, ты сразу понимал: «Если он ко мне прикоснется, я закричу..» Вроде так… Так что Тимми бродит туда-сюда по дороге еще один день. Я тогда отработал смену и вернулся домой. А тогда уже, должен сказать, 30 июля… Так вот, вернулся я домой, а у меня на задней веранде сидит Джордж Андерсон – начальник почты, ты его не знаешь, и пьет холодный чай с Ганнибалом Бенсоном – вторым человеком в нашем дорожном управлении. С ними еще был Алан Пуринтон – начальник пожарной охраны. Норма тоже сидела с ними, но ничего не говорила… У Джорджа была изуродована правая нога. Случилось это, когда он работал на железной дороге, и теперь травма причиняла ему много неудобств в жаркие и влажные дни. Но он сидел у меня на веранде, как бы там ни болела его нога. «Это зашло слишком далеко, – сказал мне Джордж. – У меня почтальон не желает ходить по Педерсенской дороге – это первое. Кроме того, пора привлечь к ответственности „Каина“ и его сыночка». ""Кого это ты называешь «Каином»? – поинтересовался я. Ганнибал рассказал мне, что звонил в Военный Департамент, связался с лейтенантом по имени Кинсмен, в чьи обязанности входит следить, чтоб никто из военных дураков ничего не выкинул. «Четверо или пятеро местных написали в Военный Департамент, – продолжал Ганнибал, – и этот лейтенант Кинсмен оказался заинтригованным. Если бы только кто-то один написал письмо, они бы только посмеялись. Кинсмен сказал, что звонил в полицию в Дерри и сказал, что, возможно, у них в Ладлоу появились проблемы с психопатами, ненавидящими семью Батерменов.